Сразу после завершения президентских выборов в Белоруссии, Газпром объявил о планах с 2007 года повысить стоимость российского газа для белорусов до общеевропейского уровня, т.е. примерно в три раза по сравнению с нынешним уровнем. Сообщение о прекращении субсидирования белорусской экономики вызвало достаточно широкий политический резонанс. Мнения относительно возможности и последствий грядущего повышения цен были самые разные, от «ничего страшного, договоримся-сочтемся, а не договоримся - выживем-переживем» до заявлений о предстоящем глубоком кризисе белорусской экономики. Обе точки зрения могут оказаться справедливыми, в зависимости от развития ситуации.
Самый простой и ожидаемый российским газовым монополистом вариант – это оплата газа акциями белорусских трубопроводных систем, в первую очередь – компании «Белтрансгаз». Построение единой транспортной цепочки, находящейся в собственности газовой компании и, соответственно, неподконтрольной местным властям – давняя мечта Газпрома — на это, кстати, нацелено и строительство магистрали по дну Балтийского моря. Однако для белорусских властей такой вариант может оказаться неприемлемым в первую очередь из-за различных оценок стоимости топливных активов и стратегической важности трубопроводной системы для транзитной экономики. Переговоры о покупке доли в Белтрансгазе велись ранее, и не раз: первая попытка была еще в 1994 году, но каждый раз стороны не сходились в оценке стоимости белорусских активов. Кроме того, продажа «Белтрансгаза» и других активов не решает проблемы, а лишь оттягивает ее решение на несколько лет: белорусские нефтегазовые активы не безграничны.
Когда цены все-таки будут повышены, для белорусской экономики это, конечно, будет достаточно серьезный удар. Во-первых, Белоруссия находится в полной энергетической зависимости от России: подавляющая часть энергоресурсов, потребляемых в стране, имеют российское происхождение, и альтернативных источников топлива практически нет. Во-вторых, значительная часть белорусского экспорта – это продукты переработки российских нефти и газа.
Эффект резкого повышения цен на энергоресурсы в мировой экономике наблюдался неоднократно — можно вспомнить хотя бы нефтяные шоки 1960х—1970-х. Прекращение газовых дотаций приведет к существенному сокращению роста белорусского ВВП — по разным оценкам, на 3-5 процентных пункта. Рост цен на газ увеличит издержки промышленности, возрастут цены на производимую продукцию, сократится экспорт. Более того, если в дополнение к газовому рычагу воздействия прикрутить еще и нефтяной кран, ситуация может действительно оказаться критической: нефтепереработка еще с советских времен играет важную роль в экономике Беларуси.
Хитрость, однако, в том, что в настоящий момент дешевый газ действует на Белоруссию так же, как и на Россию. Белорусские предприятия энергетически неэффективны, а жилищно-коммунальное хозяйство живет на дотации государства и крупных промышленных комплексов. Отмена благоприятного ценового режима может положить этому конец. И стимулировать проведение реформ — возможно, резких, но неизбежных. Тем более опыт выживания государства с транзитной экономикой в условиях весьма недружественного окружения уже имеется. Страны Балтии, в течение всех 1990-х строившие свою политику по принципу жесткой конфронтации с Россией, сумели и сохранить энергетическую независимость, и весьма неплохо заработать на своем статусе транзитных государств, несмотря на все усилия России по строительству обходных маршрутов транспортировки грузов. В той же Эстонии результатом энергетического давления стали жесткие, но образцово эффективные меры по переводу жилищно-коммунального хозяйства на рыночные рельсы. Конечно, в первые годы преобразований, когда стоимость услуг ЖКХ практически мгновенно взлетела к стопроцентному уровню, население несло колоссальные потери, однако катастрофы не произошло.
Рост цен на энергоресурсы может привести не только к кризису сегодняшней белорусской экономики, но и к появлению в этой стране экономики новой, более эффективной и конкурентоспособной. Однако это потребует реформ — прежде всего, связанных с переходом к реальной рыночной экономике по образцу балтийских соседей-«транзитников». Будет ли это сделано современным белорусским руководством, или нет — вопрос другой. Важно, что повышение цен на газ может стать для Белоруссии тем стимулом к реформированию, который вместе с ростом мировых цен на топливо был, похоже, безнадежно утрачен Россией.
