Уж не знаю, что имел в виду под словом «оно» Салтыков-Щедрин – революцию или еще что - но в начале две тысячи четвертого года «оно» - это падение мировых цен на нефть. Со всеми вытекающими: голодными и холодными бунтами, отделением автономий, брожением в армии и прочая и прочая. Неисповедимый ужас охватывает все сердца в Кремле при чтении аналитических записок на тему: «что будет, если за баррель станут давать меньше двенадцати долларов». Все прогнозисты сходятся на том, что будет самое «оно». Надо будет что-то предпринимать.
Централизация системы спецслужб (фактическое возрождение КГБ), децентрализация армии (в частности, без лишнего шума идущее «реформирование» воздушно-десантных войск) – это все хорошо. Но надо, как в том анекдоте, и о людях подумать. Надо доходчиво объяснить электорату, кто виноват в грядущих неприятностях (инфляция, дефицит продуктов, возможно, карточки). Посадить в тюрьму очередного богатого еврея ? – не выход. И дело даже не в том, что если так дальше пойдет - евреи в стране элементарно закончатся.
Начав войну с олигархами, власть не может не прийти к ее логическому финалу. Не только для тех, кто близок к Кремлю, очевидно, что и Ходорковского, и других его в разной степени удаленных коллег - тогда, в начале девяностых - олигархами просто-напросто назначили. Они не сами взяли собственность и власть – им ее дали. А кто дал? И тут взгляд как-то сам собою направляется в сторону Завидово – резиденции Бориса Ельцина – первого президента России.
Поначалу после своей отставки Ельцин вел довольно-таки активную политическую жизнь – много ездил, встречался со старыми друзьями по политике (и не только с отставниками), периодически выступал в прессе. Всерьез рассматривался проект формирования «Фонда Ельцина» и «Библиотеки Ельцина» (по принципу ушедших в отставку американских президентов). Но проекты эти ушли в песок, а вокруг самого Ельцина начала складываться система «блестящей изоляции». Если раньше нынешний президент регулярно ездил в Завидово «посоветоваться», то в последнее время о таких поездках что-то не слышно.
Более того: последнее интервью Ельцина «Московским новостям» стало, судя по всему, действительно последним. На выступления первого президента в печати наложено негласное, но очень жесткое эмбарго. По логике, следующий шаг – это пересмотр «закона о гарантиях» и урезание привилегий. В одно прекрасное утро Борис Николаевич проснется и спросит подобно королю Лиру: «Куда девалась половина свиты? // Их было сто, а стало пятьдесят». А ему ответят: «И тех с вас много: // Довольно будет двадцати пяти». Через Думу «лишение Ельцина привилегий» пройдет на ура: не следует забывать, что в парламенте у нас теперь заседают Варенников и Бабурин, каждый из которых в свое время успел отдать письменный приказ о расстреле Ельцина. Да и другим депутатам есть, что припомнить первому президенту.
Что уж говорить о народе! «Нам, русским, хлеба не надобно: мы друг друга едим и тем сыты бываем». Сказано триста лет назад, но не потеряло актуальности и по сю пору. Если пиар-эффект от «раскулачивания Ельцина» будет высок (а, по всей вероятности, он таки будет высок), можно развить ситуацию. Например, проведя через ту же Думу запрос в прокуратуру о «грабительской приватизации» или «геноциде русского народа» (помните думский импичмент в девяносто восьмом? Уверяю вас, страшные документы о «преднамеренном разливе фекалий в водопровод» никуда не делись – они ждут своего часа). Президент опять не сможет дозвониться до генпрокурора, сам Ельцин – до президента, и в результате русский народ увидит то, о чем он так давно мечтал – Ельцина за решеткой. Это будет покруче Ходорковского. За такой подарок электорат простит все – и голод, и очереди, не говоря уж о какой-то там свободе слова.
Ельцину сегодня абсолютно не на кого опереться. «Семья» разгромлена, верных людей в Кремле не осталось, «мировое сообщество» предпочтет ничего не замечать, «гражданское общество» в России… - ну, не будем о грустном. Первый президент держится в буквальном смысле на честном слове – на честном слове нынешнего президента, пообещавшего ему неприкосновенность. Пока Ельцина не трогают, но что будет, когда ситуация усложнится и возникнет необходимость вспомнить старинную русскую игру – кидание бояр с Красного крыльца?
Единственная надежда Ельцина сегодня – на самого себя. Немаленькая, кстати, надежда. Первый президент России прославился своей способностью воскресать из мертвых и выходить из безнадежных ситуаций. Те, кто думает поправить свои пиар-дела, поиграв с Ельциным, рискуют получить как минимум, второй Лейпциг, а как максимум – возвращение Бориса Ельцина в большую российскую политику.
