Это второй случай публичности Суркова, первый раз был 17 июля 2000 года, когда он дал интервью "Коммерсанту". Тема была схожей: "Вчера прошло первое рабочее заседание согласительной комиссии по проекту закона о формировании Совета федерации. Замглавы президентской администрации Владислав Сурков в интервью обозревателю "Ъ" Елене Трегубовой проанализировал возможную судьбу путинских федеративных инициатив и рассказал о своей согласительной миссии в процессе их реализации".
"Согласительная миссия", это хорошо. Сейчас ситуация была такой: брифинг Суркова по случаю внесения в Думу пакета законов по федеративной реформе, заодно и "КП". Тональность двух нынешних публикаций разная. В "НГ" Сурков даже как-то мягко извиняется: "Я не хвалю эту систему, но у нас не было выхода. Мы все хотим, чтобы мы жили в огромной стране, свободно ходили или не ходили на выборы. И то, что мы сейчас выбираем, не очень хороший вариант – не от хорошей жизни". Это об идее назначать губернаторов.
Совсем иной тон в массовой "КП": "Единство власти - необходимое условие единства нации. Конечно, выборы руководителей субъектов Федерации законодательными собраниями по представлению президента не обеспечат сами по себе скорой победы над врагом. Но позволят значительно увеличить запас прочности нашей политической системы, адаптировать государственный механизм к экстремальным условиям необъявленной войны".
То есть, в "НГ" признаются имеющиеся проблемы управления, в "КП" сообщается о том, что идет война. Конечно, ситуация у Суркова сложная. Власть давно ничего внятного не говорила, теперь приходится комментировать все сразу. Главным мессиджем при этом было прояснение ситуации с губернаторами. Собственно, это тавтология, поскольку и брифинг, и интервью подкладывались под внесение документа в Госдуму. Но тогда вопрос: а зачем в этом случае было приниматься за разговор обо всем подряд? У власти назрела необходимость объясниться?
Речь Путина 13 сентября была воспринята как использование повода для запуска реформы, задуманной еще чуть ли не в начале года. Сурков конкретно подтверждает, что у нас изменилась легенда. Страна, которая только что видела свою цель в улучшении благосостояния через удвоение ВВП, переходит на военное положение: "Все мы должны осознать - враг у ворот. Фронт проходит через каждый город, каждую улицу, каждый дом. Нам нужны бдительность, солидарность, взаимовыручка, объединение усилий граждан и государства". Интересно, что г-н Фрадков за это время решительно ушел в туман и вовсе не ждет в сентябре от министерств нормативные прогнозы из развития, на чем настаивал в августе.
Конечно, тождественность точек зрения Суркова и Путина не обязательна. В июле 2000 года Сурков говорил: "Я считаю, что любой такой период, какой мы сейчас переживаем, должен начинаться так: надо забыть то, что было раньше. Даже не забыть, а просто не сводить счеты что ли. И оставить многие вещи без последствий. Это, может быть, чудовищно и незаконно звучит с точки зрения формального права, зато по духу правильно". И далее - про тонкий слой персон, важных для общества, с которыми непросто, но с которыми надо разговаривать: "Это очень деликатная сфера, и в нее не должны внедряться люди, которые не чувствуют деликатности момента".
Теперь же Сурков обосновывает президента в деле заговора против России: "Главной задачей интервентов является уничтожение российской государственности. Перед лицом такой угрозы президент просто обязан в полной мере реализовать конституционный принцип единства исполнительной власти. Единство власти - необходимое условие единства нации". Это вряд ли его личная инициатива. Фраза о единстве власти как предпосылке единства нации, а не наоборот - может быть лично его, но про интервентов и уничтожение российской государственности - вряд ли. Тут требуется политическое решение.
Но мысль о том, что "...они считают своей заслугой почти бескровный коллапс Советского Союза и пытаются развить успех. Их цель - разрушение России и заполнение ее огромного пространства многочисленными недееспособными квазигосударственными образованиями", расширяет зону конфликта. Интервенция, то есть, не террористов, это уже государственная интервенция, использующая террор как средство. Кто именно так себя ведет - вполне понятно. Вопрос в том, где здесь границы риторики. То ли все это говорится с целью донести до масс факт войны, не имея в виду внешнеполитическую переориентацию, то ли Путин разделяет точку зрения на то, что те же люди, которые добивались развала СССР, разваливают и Россию.
Странно вот что: Сурков сказал, что выборы губернаторов по новой схеме реально могут завершиться во всех регионах до 2009 года. То есть, никакой массовой замены. А война идет уже сейчас. В таком случае логичнее говорить о войне и мерах безопасности, проводя брифинг по этому поводу.
Мало того, в "НГ" Сурков признается: "Если бы я сказал, что у нас есть легкий ответ на этот вопрос, я бы лукавил... У нас нет реальной кадровой политики. У нас нет системы воспроизводства кадров, их обучения... Кто-то кому-то будет звонить и подсовывать объективки".
Фраза об отсутствии реальной кадровой политики загадочна: до сих пор Кремль ведь как-то обходился. И своих людей выдвигал и т.п. Возможно, кончено, что фраза означает заявку г-на Суркова, который знает, как отстроить правильную кадровую политику. Разумеется, в такой ситуации энтузиазм по развитию мыслей начальства разумен, но это превращает Суркова из представителя президента в рядового кремлевского политолога, подкладывающего под слова президента изрядное количество рассуждений, о которых тот и не узнает. "Президент идеалист, он очень хотел, чтобы у нас была лазурная демократия", - это из "НГ", хотя цитата и не приписана Суркову.
Что не было упомянуто в "КП"? Ничего нет о тех же олигархах, а ведь тема социальной ответственности бизнеса тут была бы весьма кстати.
Но главное - сама ситуация, в которой Сурков повел себя публично. Не вспомнить, когда власть в предыдущий раз сообщала о своем видении действительности. Такая история может возникнуть только в случае, когда признается общественное неблагополучие, причем последние действия власти ситуацию усугубили, так что положение надо исправлять.
Объяснение Суркова, безусловно, универсально, как и любое "только б не было войны". Сообщаются угрозы, но вовсе не стратегия борьбы с ними - рассуждения о социализации Северного Кавказа, о борьбе с массовой безработицей и т.п. выглядят нелепо, если учесть что Путин у власти пятый год: скорость мысли, как у эстонцев из анекдота.
И Сурков тут же переводит стрелки:
"Нравственный кризис, возникший в недрах псевдоколлективистского коммунистического режима, продолжается и поныне. Моральное большинство формируется медленно. Поэтому настоящему коллективизму нам придется учиться заново... Раскрепостить частную инициативу в деле государственного строительства и общественной безопасности - первейшее условие нашей победы в войне с террором ".
Власть сообщает, что недовольна своими гражданами и предлагает им возможность исправиться: расширить их частную инициативу в деле общественного согласия. В интересном формате: "К этой работе надо подключить и гражданские союзы, и систему образования, и масс-медиа, и правоохранительные органы". Что это за субъект, которому "надо подключить"?
Предлагается формула общественного согласия. Не на позитивной основе, но чтобы противостоять угрозам. С одной стороны, власть констатирует, что ее предыдущая деятельность искомого согласия не принесла, с другой - наличие угроз придется подтверждать. При этом фраза "Раскрепостить частную инициативу в деле ... общественной безопасности" явно не означает свободную продажу оружия гражданам РФ.
Соответственно, похоже просто на пиар представленной точки зрения: Фронт проходит через каждый город… Оценить правомерность предположения можно будет, исходя из дальнейших действий г-на Суркова на этом поприще, например - из частоты подобных ньюсмейкингов.
И, разумеется, существенно, что адресатом в этот раз избрана "широкая публика". Возможно, "КП" выбрана потому, что аргументы Суркова в "Коммерсанте" выглядели бы не вполне адекватно, но, наверное, можно было бы придумать другие? Или не удалось?
Однако, скорее, изменилась целевая аудитория. В 2000 году были интересны интеллектуалы, теперь расчет на поддержку "широких масс". Тогда дальнейшее понятно: при ориентации на условные массы никто не ждет возражений, уточнений и т.п. А читателям "Коммерсанта" отводится роль пораженцев.
Прогнозировать можно очевидное: постановлено, что у нас тут война. Факт наличия войны надо регулярно подтверждать. Самим взрывать не обязательно, проблема решается технологией типа "короля играет свита". Наличие военной ситуации вполне изобразят "меры по укреплению безопасности". Введение загранпаспортов для поездок в СНГ и в Россию из стран СНГ уже состоялось.
