Как сказывается на безопасности граждан изменение политической системы можно судить по тому, что произошло в России за последние 5 лет. Органы безопасности практически полностью контролируют страну, при этом уровень безопасности существенно снизился. В ельцинские 1994-98 гг. от терактов в России погибло 362 чел., в переходном 1999 г. – 377 чел., в путинские 2000-2004 гг. – 1372 чел., в т.ч. в последние три года, когда режим Путина уже устоялся и оформился в своей антиельцинской форме – 1200 чел., т.е. 400 чел. в год (больше, чем за 5 ельцинских лет вместе взятых), причем 2004 г. ещё не закончился.
Нынешняя политическая система не способна реагировать ни на какие внешние раздражители, т.к. замкнута на одного человека. Поскольку существовавшие в 90-е гг. элементы разделения властей ликвидированы, нет никакой ответственности власти перед обществом (в частности, не имеет никакого смысла проведение парламентских расследований по каким бы то ни было поводам). Нет и ответственности перед президентом. Вся практика Путина однозначно свидетельствует о том, что некомпетентность сегодня ни в малейшей степени не является основанием для отставки. В худшем случае происходит перемещение чиновника на равнозначную должность, причем в той сфере, где он ещё менее компетентен, чем на ранее проваленной должности. Ярчайший пример - судьба Владимира Яковлева. Перемещение его на должность министра по делам национальностей – апофеоз путинской кадровой политики. Проявление инициативы внутри такой системы невозможно, поскольку оно противоречит принципам её существования. Соответственно, политическая элита не способна выработать какие бы то ни было меры борьбы с возрастающей угрозой терроризма.
Что касается органов госбезопасности, то они, как и все остальные силовые структуры России, недееспособны «по определению». Просто потому, что они предназначались для защиты другого государства и решения других задач. В частности, КГБ в советское время занималось преследованием инакомыслящих и борьбой с «нормальным», классических шпионажем, организуемым «нормальными» государствами. Задача борьбы с терроризмом перед ними не ставилась. Придя к власти в 2000 г., органы начали, во-первых, подстраивать политическую систему «под себя», во-вторых, решили использовать факт взятия власти в своих интересах, приняв активное (если не основное) участие в переделе собственности. При этом высочайший уровень коррупции внутри силовых структур вообще лишает смысла любое их «укрепление».
Впрочем, как и следовало ожидать, предложенные президентом меры никак не затрагивают силовые структуры. Они носят исключительно политический характер, совершенно очевидно, что готовились уже давно (особенно выборы в Госдуму только по партспискам) и непонятно, какое влияние могут оказать на борьбу с терроризмом (особенно, опять же, выборы по партспискам).
В своём обращении к россиянам сразу после бесланской катастрофы, Путин совершенно справедливо заметил, что для противостояния терроризму необходимо единство власти и гражданского общества. При этом в последние четыре года власть делала всё, чтобы гражданское общество в стране ни в коем случае не возникло, в жители (гражданами их назвать в этом случае затруднительно) все свои надежды и чаяния, как и в советское время, связывали только с властью. Ликвидация выборности губернаторов значительно укрепляет данную тенденцию. Способность населения влиять на власть продолжает стремительно уменьшаться, в этом случае как минимум странно ожидать создания гражданского общества. Как показывали губернаторские выборы, в т.ч. и этого года, народ всё же мог избрать человека вопреки воле Кремля. Теперь и лидеры регионов попадут в ту же систему безответственности и некомпетентности, в которую уже полностью вписаны федеральные органы исполнительной и законодательной власти. Это приведёт лишь к дальнейшему росту и без того достигшей запредельных размеров коррупции, поскольку губернатор или президент останутся у власти без проблем, если «занесут» кому надо сколько надо. На состояние борьбы с терроризмом это не повлияет никаким образом.
Совершенно невозможно понять, как повлияет на эту борьбу изменение системы выборов в Госдуму. Есть сомнения, что это вообще на что-нибудь повлияет. Надо заметить, что именно одномандатники обеспечили нынешнее всевластие «Единой России», т.е. ликвидацию Думы как хоть сколько-нибудь самостоятельного органа. Имеется целый ряд случаев, когда независимый кандидат выигрывал в своём округе у представителя «Единой России», а в Думе вступал во фракцию «Единая Россия». При выборах только по спискам партия власти не имела бы конституционного большинства. Впрочем, в этом случае «Родина» и ЛДПР не ломали бы комедию «оппозиционности», а выступали бы единым фронтом с «едиотами». Совершенно очевидно, что «рулить» ограниченным набором списков, вожди которых сидят в Москве, Кремлю гораздо проще, чем бесконечным множеством кандидатов в округах. Кроме того, списочники не несут перед избирателями никакой ощутимой ответственности.
Таким образом, обе указанные меры укрепляют ситуацию полного отчуждения власти и общества, т.е. прямо противоречат приведённому выше заявлению президента. Абсолютной комедией представляется создание «общественной палаты по оценке деятельности государственных структур», т.е. нового «Комитета народного контроля». Этот орган будет заведомо неконституционным и не имеющим законодательного обеспечения, критерии отбора «общественности» в данную палату будут определять те, кого она призвана контролировать – государственные структуры. На Западе под гражданским контролем над госструктурами (в т.ч. силовыми) понимается в первую очередь парламентский контроль, однако, как уже было сказано, сегодня в России он не имеет смысла.
Что касается назначения Дмитрия Козака «главным по Кавказу», то этому человеку можно лишь посочувствовать. Находясь внутри порочной системы, невозможно добиться положительных результатов на отдельном её участке.
Реализация названных мер приведёт к тому, что общество утратит последние рычаги влияния на власть, причём поймёт это очень быстро. При этом уровень террористической угрозы будет лишь нарастать, поскольку террористов нынешняя ситуация очень устраивает. В результате власть будет предпринимать меры по ограничению информации о терактах в прессе и Интернете. Как известно, отсутствие информации внутри страны традиционно заменяется слухами и информацией из-за рубежа, которая будет гораздо доступнее, чем в советское время. Понимание того, что власть ни от чего никого не защищает, будет усиливаться. Невозможность легитимного выражения протеста и создания оппозиционных организаций будет усиливать влияние деструктивных сил трех основных направлений: великорусского нацизма, национального и регионального сепаратизма, «общечеловеческого» капитулянства перед террором. Прорыв к власти любой из этих сил может привести к крушению государства.
Мнение автора не всегда совпадает с мнением редакции.
