Но, возможно, повлиял именно Беслан, поскольку надо было что-то сказать и, чтобы не сочинять что-то отдельно, в свет были выпущены явно недоработанные предложения. Это не к тому, что высшему руководству свойственна психологическая неуравновешенность, скорее о том, что у президента имеется некая тайная формула власти, на какие-то ее флюктуации он и реагирует не вполне понятным со стороны образом.
В данном случае, реагирование предъявило не столько схему нового курса, но сам факт реагирования, поскольку три с половиной позиции реформы имеют различную природу и степень проработки.
Что предложено? "Во-первых, меняются принципы формирования региональных органов власти (сохранив формально выборность, главы регионов будут по сути назначаемыми). Во-вторых, меняется система обеспечения безопасности, которая, судя по всему, подразумевает появление некоего силового суперведомства. В-третьих, в стране должна появиться некая новая формация - Общественная палата, которая, по идее, должна обеспечить должный уровень поддержки всех намечаемых мер". (Екатерина Григорьева, Новая вертикаль - "Известия", 14 сентября).
Эти предложения нагляднее не по схеме "во первых, во вторых и в третьих", а разложенные на столе. Справа, скажем, пункт о силовом суперведомстве. Он, конечно, тоже немного странный, - отчего бы не заявить о его создании, а на излагать намерения, но допустим - дело секретное. Будем считать, что там все в технологическом порядке.
С левого края - общественная палата, которая мало того, что представлена также в виде намерения, так еще и не имеет шанса на обладание субъектностью в принципе.
В середине - губернаторы и партии. Они по крайней мере существуют, но от этого не легче. Особенно с партиями - каким образом их возможно распространить федерально? Разве что потратить на них часть стабфонда и сделать этакий литературно-музыкальный проект. Возможный вариант, но и он внятно не сформулирован. Откуда следует, что главное тут типа не Фрадкова поставить, а Касьянова снять, то есть - похерить одномандатников, что гармонирует с назначаемостью губернаторов.
Губернаторы в этой схеме получаются самыми конструктивными. Мало того, в идее их назначать присутствует определенная прямота, учитывая характер, который имели выборы в последнее время - Матвиенко, башкирский второй тур, фактическое назначение Алханова. Хотя какая-то возможность для договоренностей с центром все равно сохранялась.
В сущности, нет особой разницы между числами 7 и 89. То есть, разница на порядок, но все равно, все остается в пределах прямой видимости, дело штучное, а не системное. Ручное управление сохраняется. По сути - имеет место дополнение схемы полпредов, помноженное на 10. Причем, говорить о том, что полпредская схема захиреет, было бы ошибкой, поскольку в новой конструкции они очевидно будут выполнять функции кадровых агентств, а иначе не видно, как президенту определяться с назначенцами (учитывая и то, как им тасуются одни и те же персонажи).
То есть, "переформатированые губернаторы" как бы реальны. Но только "как бы". Сделанные заявления крайне противоречивы. Владимир Рыжков чуть ли не немедленно вспомнил, что "... еще в 1996 году Конституционный суд постановил, что избирать губернаторов может только народ. Решения КС пересмотру на подлежат. Путина об этом, судя по всему, забыли предупредить".
А в "25 часе" на ТВЦ в ночь на четверг г-н Филатов обратил внимание, что в Конституции не прописано право президента представлять глав регионов - его полномочии касаются представления генпрокурора и т.п. Эта ситуация требует, по крайней мере, введения в Конституцию статьи о том, что президенту разрешено все, что ему не запрещено другими статьями Конституции. Соответственно, в этой ситуации подвешивается еще и Конституционный суд, а учитывая там г-на Зорькина - ситуация непростая.
"Губернаторы" провисают и по уже вполне техническим нестыковкам. Например, как будет осуществляться процедура представления-утверждения, в частности - смогут ли законодательные собрания регионов выдвигать альтернативные кандидатуры, а если нет, то почему все это еще называется выборами? Кроме того, непонятна процедура отзыва губернатора, - если его выдвигал президент то и снимать, по логике, должен он же. А если губернатор, скажем, проворуется или категорически противопоставит себя региону? Или наоборот, регион - губернатору? Или предполагается полное и всецелое согласие всех и вся под угрозой гражданской казни?
И еще очень интересна история с монетизацией льгот. Там же имеет место ситуация, которая перекладывает на регионы сильные соцобязательства при сокращающихся бюджетах. Ранее считалось, что такая ситуация сделает губернаторов более послушными, но теперь они и так станут послушными, а вот как тогда с бюджетами и, соответственно, с чувствами населения к центральной власти? Предполагает ли нынешний ход пересмотр финансовых отношений центра и регионов?
И еще: когда перейдут на эту систему? Согласно частному мнению г-на Вешнякова, закон обратной силы не имеет, так что все нынешние губернаторы доработают свой срок, а тогда "новая "антитеррористическая вертикаль власти" появится в России не раньше чем к 2007 году - когда по новой схеме будут избраны руководители хотя бы половины субъектов федерации"". (Юрий Чернега, Виктор Хамраев, Владимир Путин положил на Конституцию - "Коммерсант", 14 сентября).
То есть, мало того, что к немедленной борьбе с терроризмом пакет идей отношения не имеет, непонятно и то, зачем спешно объявлять недоработанную реформу, эффект которой возникнет только через три года? Впрочем - к выборам поспеет, но что делать в оставшееся время? Все это к тому, что предложения, сделанные 13 числа, явно не окончательные. Налицо, скорее приквел к какой-то госстроительной конструкции, которая предъявит себя по ходу уточнений высказанных пунктов.
Но в предложениях слишком много смысловых дыр. Некоторые из них, а уж тем более - все они вместе - не позволяют ограничиться только лишь косметикой. Следовательно - весьма скоро последует вторая серия изложения "нового курса", которая, скорее всего, не ограничится изложенными идеями, а и расширит "реформистскую" тематику - чего же случай упускать, тем более, что многие темы остались еще неохваченными, а к Конституции идеи уже приблизились на расстояние поправок в отдельные статьи.
