Победа эта очень испугала Кремль, поскольку Александр Суриков к тому времени уже восемь лет сидел в губернаторском кресле, его имидж вполне соответствовал, казалось, менталитету жителей региона, наконец, он был открыто поддержан самим Путиным, «Единой Россией», КПРФ, СПС и «Яблоком». Поражение Сурикова казалось невозможным в принципе, однако оно произошло. Население отказалось поддерживать губернатора, который «греб все под себя», не желая делиться сверхдоходами от реализации урожая зерновых – главным богатством края.
Более серьёзной причиной отмены выборов стала «проблема 2007-2008 гг.», когда в обязательном порядке должна была меняться не только федеральная власть, но и власти более чем половины регионов страны, где президенты и губернаторы отбывали свои последние разрешённые законом сроки. Кремль, особенно с учётом казуса Евдокимова, испугался, что ситуация может выйти из-под контроля.
Однако главная причина достаточно очевидна - достраивание вертикали власти, к которой у нас намертво привязана вертикаль экономическая. Практически во всех регионах сложилась система, в которой главными предпринимателями являются губернатор (президент республики), члены его администрации и их родственники. Бизнес действует только с разрешения власти, под её контролем и с обязательным солидным «откатом». На федеральном уровне система в 90-е гг. была более сложной и хаотичной - при Путине она стала выстраиваться аналогичным образом.
Бориса Ельцина не интересовали деньги, ему была нужна власть сама по себе, кроме того, он чрезвычайно ревностно относился к соблюдению демократических норм и процедур, даже если они порой вырождались в профанацию. У его окружения финансовые интересы были, но это были интересы именно окружения, а не президента. Путину, напротив, власть как раз не очень нужна, он пришел к ней чисто случайно. Путин гораздо теснее связан с собственной командой, основу которой составляют лица, обиженные в период приватизации 90-х. Демократические процедуры их не волнуют даже формально. В настоящее время правящая группировка полностью и окончательно осознала, как наилучшим образом использовать власть в своих интересах - все региональные экономические системы должны стать частью одной большой системы.
Несмотря на мощь финансового и административного ресурса, в подавляющем большинстве регионов за прошедшие девять лет власть хотя бы один раз поменялась путём выборов. При этом новый губернатор, даже если он формально числился преемником предыдущего (самые яркие примеры – пары Кондратенко-Ткачёв и Наздратенко-Дарькин), отстраивает собственную экономическую систему, конкурирующую с предыдущей. Сегодняшней власти подобные эксцессы кажутся недопустимыми, поэтому они должны быть исключены, а кандидат в губернаторы (президенты) будет определяться суммой «заноса» и двухсот процентной лояльностью лично главе государства.
Ситуация на подведомственной территории на перспективы кандидата никак влиять не будет. Разумеется, больше всех «занести» в Кремль смогут действующие главы регионов, которые теперь получат шанс оставаться на занимаемой должности до бесконечности. В любом случае, коррупционное давление на бизнес и население существенно возрастёт. Что касается региональных законодательных собраний, то им будет отведена роль бессловесных штамповщиков решений Кремля.
В начале 90-х, когда главы регионов назначались президентом без всяких промежуточных процедур, ЗС играли довольно заметную роль. Тогда выборы были достаточно свободными, и ЗС часто становились выразителями оппозиционных настроений. Несколько председателей оппозиционных ЗС в ходе первой серии губернаторских выборов 1995-96 гг. выиграли у ельцинских назначенцев и сами стали губернаторами. Затем роль ЗС снизилась, в подавляющем большинстве регионов они попали под полный контроль исполнительной власти. Из всех ныне действующих ЗС, пожалуй, лишь в Самарской области и Ненецком автономном округе наблюдалась влиятельная оппозиция, создающая губернаторам реальные проблемы.
Начиная с прошлого года, система выборов в региональные ЗС стала копировать федеральную, т.е. не менее половины депутатов избираются по партспискам. Как и следовало ожидать, во всех регионах, кроме Алтайского края, первое место заняла «Единая Россия», причём в национальных республиках она оказалась фактическим монополистом. Поэтому сегодня кажется, что о сопротивлении ЗС Кремлю не может быть и речи. При этом с очень высокой долей вероятности система выборов в ЗС по аналогии с федеральной будет только по партспискам.
Тем не менее, это не может гарантировать сто процентную управляемость ЗС. «Единая Россия» в регионах - в большинстве случаев партия не столько Путина, сколько действующего главы региона. На прошлой неделе председатель фракции «Единая Россия» в Госсобрании Башкирии Владимир Кашулинский заявил, что новая система выборов для этой республики неприемлема. И других депутатов у «Единой России» в той же Башкирии пока нет. Нужно учитывать и тот факт, что многие главы регионов избраны совсем недавно, т.е. пока изменение принципа их избрания носит чисто теоретический характер. Возможно, многие из них исходя из принципа «либо шах, либо ишак».
В любом случае, интерес к выборам в региональные ЗС возрастёт. У Кремля – чтобы застраховаться от случайностей. У глав регионов – для того же, только под случайностями Кремль и глава региона могут иногда подразумевать вещи прямо противоположные. Для политтехнологов выборы в ЗС станут последней возможностью заработать деньги. Причем заказы, скорее всего, будут получать крупные пиаровские и консалтинговые компании, способные «освоить» заказ от целой партии. Кустари-одиночки, работавшие с отдельными одномандатниками уйдут в прошлое.
Что касается избирателей, то их интерес к выборам как раз может упасть, тем более, что местными выборами российский электорат традиционно интересуется гораздо меньше, чем федеральными. Если ЗС по всей стране будут только штамповать кремлёвские кандидатуры, проблема явки на выборы может стать чрезвычайно серьёзной.
С другой стороны, в регионах могут появиться группы граждан, которые попытаются воспользоваться последней легальной возможностью влиять на власть. Их деятельность будет крайне затруднена, особенно если выборы начнут проходить только по партспискам. Мешать будут огромные размеры страны, разные даты выборов в разных регионах, сопротивление не только административного ресурса исполнительной власти, но и, вполне вероятно, руководства федеральных партий, не заинтересованных в инициативе снизу. Даже если выборы в ЗС стимулируют создание новых федеральных партий, либо серьёзные преобразования в нынешних, такие партии Минюст просто не будет регистрировать под любым предлогом.
Лишь достаточно серьёзный экономический или политический кризис всероссийского масштаба будет способствовать выходу таких партий на политическую арену страны. Однако это возможно лишь в том случае, если уже будет проведена предварительная работа «снизу», т.е. новые партии будут существовать хотя бы в виде «заготовок». Впрочем, вариантов развития событий всего два: либо в результате кризиса жесткая система развалится, погубив страну, либо новые партии, созданные не Кремлём - а «снизу», смогут перехватить падающую власть.
