События в Киеве еще раз подтвердили одну очень старую истину – во время государственного переворота рассчитывать только на регулярные силы охраны правопорядка не стоит. Командование полиции, армии или жандармерии всегда может заявить, что оно – «с народом», «в людей стрелять не будет» и попросту не вывести войска из казарм. Не из каких-либо высоких убеждений, а из трезвого расчета – карательные силы понадобятся любой власти, а потому всегда можно подождать, кто победит, и предложить победителю свои услуги. Уверен, мы еще увидим, как киевская милиция с оранжевыми бантиками разгоняет с Крещатика «революционных студентов» с бантиками того же цвета – когда Ющенко «победит в третьем туре» и толпа на улицах станет ему уже не нужна. Интересное будет зрелище…

Если в Москве не хотят успешного «экспорта оранжевой революции» - а в Москве его, судя по всему, не хотят – необходимо действовать по-другому. И для начала понять расстановку сил на «уличном фронте» Москвы. Первое, что бросается в глаза – пушечное мясо для «бархатной революции» у нас тоже есть. Сотни тысяч студентов всевозможных липовых академий, лицеев и университетов - это страшная сила, если уметь ею воспользоваться. Подросшие дети «горбачевского бэби-бума», молодые люди без каких-либо серьезных перспектив, приехавшие в Москву с мечтой о «мерседесе» и уже осознавшие, что, кроме метро и «газели», им в жизни ничего не светит – таких можно спровоцировать на что угодно.

Однако в Москве есть, и кого противопоставить этой массе. Украина последние десять лет войн не вела. Россия, напротив, воевала почти непрерывно. По разным данным, с 1994 года через Чечню прошло более миллиона военнослужащих, «приписанных» к разным ведомствам (Минобороны, МВД, ГУИН Минюста и проч.). Никакой централизованной программы трудоустройства и социальной адаптации ветеранов «горячих точек» не было и нет. В результате они начали выживать сами, объединяясь в полукоммерческие, полукриминальные организации, активно включаясь в передел собственности на низовом уровне.

На юге России подобные организации чаще всего носят название «казачьих» и славятся своим экзотическим внешним видом и обмундированием. Однако маскарадный вид «атаманов» и «есаулов» не должен никого вводить в заблуждение: казаки уже фактически стали параллельной исполнительной и судебной властью во многих регионах на границе с Кавказом (и, кстати, с Украиной). Никого уже не удивляют совместные патрули казаков и милиции в Ставропольском крае и «станичные суды», действующие параллельно государственной судебной власти. В администрации президента вопросами казачества ведает Геннадий Трошев, герой обеих чеченских войн. Запомним это и рассмотрим другую сторону вопроса.

Большинство ветеранов «горячих точек» стихийно стекается в крупные города центра России, прежде всего – в Москву. Столкнувшись с, мягко говоря, настороженным отношением столичных работодателей, эти вполне еще молодые и трудоспособные (а главное – боеспособные) люди пополняют ряды всевозможных ЧОПов, «охранных фирм» и прочих структур, составляющих «неофициальную» правоохранительную и судебную систему, действующую параллельно с официальной милицией и государственными судами.

Формой социального структурирования, «кассами взаимопомощи» и рекрутинговыми центрами в этой среде являются различные ветеранские организации, создаваемые либо по роду войск, либо по местам совместной службы. В середине ноября в Правительстве «вопросами сотрудничества с ветеранскими организациями» стал заниматься Владимир Шаманов, генерал, также прославившийся на чеченских войнах. Похоже, в его задачу будет входить не только распределение пособий старичкам-ветеранам Великой Отечественной войны, но и налаживание отношений с многочисленными и не всегда официальными организациями ветеранов Первой и Второй Чеченской.

Кроме того, в последние месяцы Шаманов прославился тем, что, будучи губернатором Ульяновской области, демонстративно помиловал обвиненного в военном преступлении полковника Буданова, тем самым впервые практически открыто заявив о претензиях военных (как действующих, так и отставных) на пересмотр результатов «питерского передела». Судя по всему, в Москве после некоторых споров было принято решение с Шамановым и со стоящими за ним силами не ссориться. Лучше немножко поделиться с «чеченским братством», чтобы не пришлось отдавать все «новым бархатным революционерам».

Парамилиционные структуры («казаки», охранники, «союзы ветеранов» и прочие) – не деклассированные «студенты», они уже встроены в существующую систему и объективно не заинтересованы в смене игроков. В отличие от киевского или московского мента, которому, в общем-то, глубоко фиолетово (то есть, извините, – оранжево), кто ему завтра будет платить жалование – Ющенко, Янукович, Путин, Рогозин или Рыжков – любой боец частной охранной структуры понимает, что исчезновение «крышуемого» объекта или лица сулит ему как минимум большие хлопоты. Трошев и Шаманов, со своей стороны, тоже понимают, что исчезновение с политической арены Путина сулит лично им серьезные неприятности. Так что защищать существующий порядок они будут не за страх, а за совесть.

По сути, на наших глазах без лишнего шума формируется добровольческая армия, кровно заинтересованная в сохранении существующего государственного устройства. Так сказать, Новая Белая Гвардия. Забавно, что, кажется, именно выжимка из идей Белого Движения начала ХХ века будет использоваться в качестве идеологической базы для новой структуры. Иначе никак не объяснить начинающийся в Конституционном суде процесс по реабилитации адмирала Колчака, открытие в Иркутске памятника адмиралу, и, наконец, полуявное подверстывание новых государственных праздников под день рождения все того же Александра Васильевича Колчака. С чего бы вдруг такое внимание? Уж не готовят ли нам в лице «ученого, исследователя, белого офицера Александра Колчака» нового Ленина?

Между прочим, это был бы не самый худший вариант. К Александру Колчаку можно относиться по-разному. Так же, как к Владимиру Шаманову или Геннадию Трошеву. Но нельзя не согласиться, что силы, им противостоявшие в прошлом веке и противостоящие сегодня, грозят России гораздо более серьезными опасностями. По крайней мере, лидеры Белого движения никогда не были заинтересованы в развале России. Некоторые нынешние оппозиционеры говорят об этом уже открытым текстом. Лучше уж белые, чем оранжевые или красные. Даже если эти белые, местами напоминают серых.