Разнос, который устроили руководителям субъектов федерации с Юга России сперва Дмитрий Козак, а затем и президент Владимир Путин, местные элиты восприняли достаточно спокойно и даже где-то с достоинством. Им не привыкать. Практически все они что-то деловито конспектировали за президентом, хотя представить, что именно они записывали в фирменные блокноты, очень сложно. Ну, что можно законспектировать на словах «местные элиты, скажем прямо, погрязли в коррупции»? Вот сидит Зязиков или Магомадов, или, прости Господи, Батдыев и покорно пишет за президентом: «Я, скажем прямо, погряз в коррупции»? Душераздирающее зрелище.

Больше всего главы субъектов комментируют предложение Козака перевести дотационные регионы на «внешнее экономическое управление». Естественный отпор данная идея получила именно от тех, кто под это самое «внешнее управление» попадет в первую очередь - от Мурата Зязикова и Магомедали Магомадова. Вообще, идея «внешнего управления» витала в воздухе где-то полгода и не была для депрессивных республик неожиданным кинжальным ударом. Были даже попытки превентивной пропагандистской самообороны.

В Ингушетии за последние две месяца с большой помпой открыли несколько заводиков. Каждый раз из открытия устраивали небольшое телешоу, с привлечением ростовских и даже московских чиновников, призванное продемонстрировать рост ингушской экономики, до этого ассоциировавшейся исключительно с доходами от стародавнего оффшора имени Аушева, магаданским золотом и угнанными в Москве джипами. Торжественное разрезание ленточек выглядело, однако, не слишком убедительно. После заседания в Кремле Зязиков сказал, что надо, мол, учитывать начальные стартовые позиции республик. В Ингушетии открытие только одного крупного завода сразу же удвоит республиканское ВВП.

В выступлении Козака, а вслед за ним и Путина (нет никакого сомнения, что именно многочисленные доклады главы ЮФО, которыми он уже год бомбардирует Кремль, легли в основу речи президента) прозвучала одна очень тревожная мысль. «Там, где все в порядке с экономикой, нет основы для этнических конфликтов». Эта идея родом из последних лет жизни Советского Союза. Конкретное место рождения – Нагорный Карабах. Тогда, в далекие и почти подзабытые теперь времена был создан специальный отдел межнациональных отношений ЦК КПСС. Его штат сформировали по разнарядке из бывших сотрудников идеологического отдела, среди которых попадались даже интеллектуалы вроде бывшего спичрайтера Черненко Вадима Печенева. Кроме Абдулатипова, начинавшего там свою карьеру, практически все эти люди были далеки от реалий межнациональных отношений, и именно в этом отделе родились последовательно две доминировавшие в советском мышлении версии причин межнациональных конфликтов.

Версия первая как раз и заключалась в том, что все межнациональные конфликты в СССР связаны исключительно с низким уровнем жизни советского народа. А если, например, в Степанакерт завести эшелон колбасы, то все разом стихнет. Есть эту колбасу начнут за общим столом и армяне, и азербайджанцы, провозглашая по очереди тосты за дружную семью народов и единую социалистическую общность. Насколько я помню, эту инфернальную идею даже пытались воплотить в жизнь. Горбачев подписал постановление «О развитии народного хозяйства НКАО», и туда даже перевели какие-то деньги, которые тут же были оприходованы на уровне Центробанка в Баку (их ведь от большого ума и прекрасно «видения обстановки» переводили «по месту советской прописки» НКАО – в Азербайджан).

Умные люди тогда ехидно поинтересовались у руководства отдела межнациональных отношений: «А, что, в Северной Ирландии колбаса то же по талонам?». Юмора на Старой площади не поняли. Когда же до них дошло, что миротворческие эшелоны с колбасой только способствовали эскалации военных действий (на выделяемые из Москвы деньги покупалось оружие), родилась версия номер два. Простая, как все мышление советских идеологов того времени, какими бы интеллектуалами они не казались другим таким же карьеристам. Во всем виновата местная мафия. Это она провоцирует конфликты, чтобы зачем-то придти к власти. Мысль о том, что мафии как раз выгодна стабильность, в голову не приходила. Газета «Правда» в Карабахе тыкала пальцем в несчастного директора ковровой фабрики, назначенного центром главой мафии. К этому моменту уже сформировалась стабильная линия фронта и в ход пошла артиллерия. Ковровую фабрику бомбила азербайджанская авиация с наемными русскими летчиками за штурвалом.

Спору нет, увеличение, например, числа рабочих мест в Ингушетии – великое благо для всех соседних народов. Но это не отменит перманентного конфликта с Северной Осетией, ведь конфликт этот, только в письменно зарегистрированной истории насчитывает триста лет. Не отменят его новые заводики и пропаганда дервишей из доминирующего сейчас в горной Ингушетии ордена «балтапашинцев» (которых даже Кемаль Ататюрк отлавливал и вешал прямо на столбах). Та же история и в Дагестане, который как его не индустриализируй, все будет в лес тянуть.

Есть вещи, которые не решаются путем «внешнего финансового управления сроком на один год». Возможно, что значительная часть федеральных трансфертов действительно при поддержке инквизиторов Козака начнет доходить до простых ингушей, а не только для пяти-шести известных по-фамильно семей. Возможно, что такие же инквизиторские проверки в МВД Кабарды, которую уже очень давно зовут «республикой милиции» из-за ее фантастической численности на душу населения, несколько сократят вошедшие в легенды поборы на кабардинском участке федеральной трассы «Кавказ». Возможно, что в Северной Осетии будет, наконец, отремонтирован Транскам, а Зарамагскую ГЭС достроит местная рабочая сила, а не грузинские гастарбайтеры, вызывавшие больше вопросов у контрразведки, чем у подрядчиков. А в Карачае на время прекратят расстреливать людей на улицах по фамильному признаку, деля и без того небольшую собственность. В Дагестане, по стопам Макартура в оккупированной Японии, «прогрессоры» из ЮФО насадят цивилизованную систему государственной власти взамен нынешней помеси феодализма с Речью Посполитой.

Это все будет хорошо и положительно. Только вот почему-то очень тревожно за уровень и качество оценки положения на Юге России. Меры, предлагаемые энергичным и донельзя разозленным руководством ЮФО, почти полностью копируют древние идеи интеллектуалов из ЦК КПСС. Причина конфликтов – в неразвитости экономики, и надо переключить ее управление «в ручном режиме» (цитата из Козака) на федеральный центр. Местная коррумпированная мафия (у Козака – «кланы», в советское время еще был термин «ущельская психология») – основа всех бед, и, следовательно, правящие семьи надо разогнать. Однако есть вещи поважнее и посложнее, которые не укладываются в привычную марксистскую систему «базиса и надстройки». С ними-то кто будет разбираться, когда через указанный год закончится срок «внешнего финансового управления»?