Можно ли если не искоренить, то хотя бы ограничить «дедовщину» в российской армии? За последние 15 лет ответа на этот вопрос так и не найдено ни в обществе, ни в самих вооруженных силах. Ситуация в казармах, меж тем, продолжает ухудшаться. На вопросы Prognosis.Ru о будущем вооруженных сил России отвечает генерал-полковник запаса, Заместитель председателя Комитета по обороне Государственной Думы второго и третьего созывов Эдуард Аркадьевич Воробьев.

- «Дедовщина» – это явление чисто армейское или в той или иной форме присущее всему российскому обществу и государству?

- Конечно, «дедовщина» существует; в особенности она присуща юношеским и молодежным мужским коллективам. Это может быть и ПТУ, и техникум, и школа. Конечно же, и в армейских коллективах, поскольку армейские условия – это наиболее замкнутый коллектив, коллектив, подчиненный распорядку дня, строгому соблюдению устава. И здесь те люди, которые пришли из гражданских условий, они изначально являются носителями тех взаимоотношений, когда самоутверждение молодого человека осуществляется не столько с помощью аргументов и жизненного опыта, которого еще нет, а с помощью, когда аргументов не хватает, силы.

- Но ведь «дедами» становятся как раз те, кто уже прошел эту школу военной дисциплины и неуставные отношения возникают с их стороны…

- Вторая составляющая «дедовщины» – это негативные традиции, которые передаются ив самих вооруженных силах. Когда министр обороны говорит о большом количестве подразделений и частей, где нет неуставных взаимоотношений, он прав. Существует, и значительное количество частей и подразделений, где серьезные неуставные взаимоотношения отсутствуют. Вот там положительные, а не негативные традиции. Заслуга в создании таких традиций принадлежит командирам, которые смогли в своих частях создать атмосферу и дух, когда малейшее отступление от устава во взаимоотношениях между молодыми людьми становится достоянием всего коллектива, а нарушитель сразу подвергается воздействию. И неотвратимость воздействия постоянно присутствует. Совсем не обязательно сажать на гауптвахту или в тюрьму. Это может быть замечание, постановка на вид, выговор, наряд вне очереди, снятие с должности командира отделения, снижение или лишение воинского звания младшего командного состава. Я говорю о военнослужащих срочной службы.

- Можно ли сказать, что «дедовщина» – это последствие существующей системы призыва, когда в армию попадают люди с криминальным прошлом?

- Я глубоко убежден, что не существует одной причины этого явления. А что, люди, если у них было криминальное прошлое, то в последующем они оказываются только бандитами, жуликами? Конечно, нет. Существует определенное количество людей, которые где-то оступились, прошли исправительно-трудовую колонию или штрафной батальон, и впоследствии становятся нормальными людьми. В общем и целом, присутствие людей с криминальным прошлом негативно влияет на положение в вооруженных силах. Я никогда не могу согласиться с мнением, что мы должны хвалить вооруженные силы за то, что дисциплина и правопорядок в войсках значительно лучше, чем в гражданском обществе. Я возражаю против того, чтобы каждая семья, послав своего сына получать военную профессию для защиты Родины, должны согласиться с тем, что положение дел в вооруженных силах это и беда общества. Когда даже президент говорит о том, что мы все ответственны за то, что происходит в вооруженных силах, я с этим категорически не согласен. Я хочу, чтобы мой сын, который пошел служить, вернулся здоровым. А согласиться с тем, что якобы мы виноваты в том, что происходит в вооруженных силах – значит утвердить тот беспорядок, который происходит в вооруженных силах. Я, как отец, с этим не согласен. Поэтому я говорю, что люди, которые посвящают себя военной профессии, особенно командный состав, тот, кто имеет у себя в подчинении людей, - должны соответствовать своему предназначению. Да, к ним приходят такие люди, а Министерство обороны с системой обучения, воспитательной структурой, системой наказаний и поощрений должно создавать, насаждать в армии обстановку, чтобы проявлений, подобных «дедовщине», не было. Полностью искоренить «дедовщину» в армии практически невозможно. Но нельзя допускать такие взаимоотношения между военнослужащими, когда в вооруженных силах происходят дичайшие издевательства как в застенке. Пусть вооруженные силы будут меньше по численности, но таких явлений быть не должно.

Статья 59 Конституции РФ определяет защиту отечества как долг и обязанность каждого гражданина. Но эта же Конституция РФ предоставляет гражданину, в том числе и военнослужащим, определенные права, высшим из которых является право на жизнь Кто обеспечит ему это право в мирных условиях? Президент страны, как гарант Конституции, как Верховный главнокомандующий, а на исполнительском уровне – командный состав как центральное звено вооруженных сил.

- Естественно возникает вопрос о боеспособности тех частей, где существует «дедовщина». В бою могут отомстить. Известны случаи расстрелов в казармах и дезертирства именно по причине неуставных отношений.

- Это действительно так. Это и Афганистан показал, и другие события. Были случаи, когда находили военнослужащего, у которого входное отверстие было не со стороны лба, а со стороны затылка. Человек не прощает оскорблений. Он готов нести ответственность по существующим для всех правилам. Но когда над ним издеваются, унижают его достоинство – с этим он согласиться не может. Он может затаить обиду перед превосходящей силой, но наступит момент, когда эта обида найдет выход.

- Переход на одногодичный срок службы уменьшит степень распространенности неуставных отношений?

- Призыв и увольнение будет осуществляться каждые полгода. Я считаю, что при переходе на одногодичный срок службы объективно количество неуставных взаимоотношений уменьшится. Это будет связано с тем, что первые полгода призванный молодой человек проходит службу в учебных подразделениях, а на вторые полгода он попадает в новый коллектив. Ему там нужно приживаться и вскоре увольняться. Для неуставных отношений условия неблагоприятные.

- Сейчас много говорят о военной полиции. Из кого она будет набираться и не будет ли «дедовщины» и в ней, поскольку в ней будут служить люди, которые прошли раньше «дедовщину»?

- Военная полиция, если там и будет рядовой состав, то это будет состав подразделений ее обеспечения. Мне представляется, что военная полиция должна состоять из военнослужащих, для которых военная служба является их основным предназначением. Если это сержанты, прапорщики, офицеры – то это контрактники. Рядового состава, по моему разумению, там быть не должно.

- Каковы гарантии независимости военной полиции от командования частей? Офицеры военной полиции могут установить «контакты» с командирами частей и в результате военная полиция не будет защищать права военнослужащих, а будет «опорой» командования. Независимо от ее подчинения Генеральному штабу или Прокуратуре.

- Правила должны быть другими. В воинской части, находится структура, которая называется подразделением военной полиции. Она не подчиняется командиру части. У нее есть вои обязанности, и она их выполняет. А то, что офицер военной полиции может дружить с офицером подразделения, и полицейский может сделать поблажку – этого исключить нельзя, но это не будет иметь массового характера.

- Сейчас в основном говорят о военной полиции, то есть надежда опять возлагается на контрольно-репрессивные структуры. А какие еще, на ваш взгляд, мероприятия могли бы способствовать принципиальному улучшению ситуации в вооруженных силах?

- Положение в вооруженных силах должно стать предметом обсуждения на Совете безопасности. Одним из первых мероприятий, которое должен провести Совет безопасности с участием Президента, Верховного главнокомандующего – всеармейское совещание офицерского состава. Его задача – выслушать предложения офицеров о путях выхода из сложившейся ситуации – и в отношении обеспечения жизни, и в отношении денежного довольствия, и в отношении путей решения проблем. Ведь это не плохие люди. Они просто оказались в такой ситуации. Надо послушать командиров рот, батальонов и полков, а не генералов. Пусть гарнизонные собрания выберут своих представителей, и те приедут с наказом. Наступил момент, когда нужно обратиться за советом к офицерскому составу, от службы которого зависит благополучие вооруженных сил и в том числе и воинская дисциплина.

Второе. Мы должны на уровне Правительства и Государственной Думы принять решение о тех стимулах, которые должны заинтересовать офицера в надлежащем исполнении служебных обязанностей. Если не удастся найти стимулы, которые привлекут офицеров к армейской службе, и надлежащему выполнению обязанностей, логично будет провести переаттестацию всего офицерского состава, для того, чтобы оставить в вооруженных силах только тех офицеров, которые хотят там служить, а не держатся за армию как за плохую, но все-таки кормушку.

- Низкая оплата квалифицированного и высококвалифицированного труда – застарелая, традиционная проблема российского общества и государства. В этой связи логичен вопрос – может ли общество может помочь изменить и проконтролировать ситуацию? Как оно может осуществлять свои права?

- Я считаю, что СМИ, неправительственные организации должны иметь право обращаться в военные инстанции и получать от этих инстанций правдивую информацию. Соответствующие гражданские организации могли бы встречаться с личным составом, выявляя случаи нарушения и унижения, в том числе и офицерского состава. Далее. У нас есть Военные советы армий, округов. Почему бы представители губернатора, в том числе сам губернатор, будучи гражданскими людьми, не могут быть членами Военных советов, не только знать положение вещей, но и принимать участие в их работе и участвовать в принятии решений. Раньше такое было. Первый секретарь ЦК Компартии союзной республики был членом военного совета округа. Он принимал участие в обсуждении всех проблем, в том числе оказании помощи частям и соединениям в решении не только вопросов дисциплины, но и бытовых вопросов, что очень тесно взаимосвязано.

- Можно ли рассматривать названные Вами меры как улучшение старой системы или же это начало реформы по превращению Советской армии в качественно иную, современную Российскую армию?

- Введение института структуры военной полиции – это качественно новое положение. Сержантский состав на контрактной основе – это составная часть военной реформы. Обеспечение благоприятных условий для военнослужащих и создание привлекательных стимулов для службы – это тоже качественный шаг, но мы его никак не сделаем. Об этом мы говорим 15 лет. Гражданский контроль над военной организацией – это то, о чем мы давно говорим, и Президент говорил в своих Посланиях Федеральному Собранию. Но сейчас все меньше и меньше стали об этом говорить, предоставив возможность самим вооруженным силам заниматься вооруженными силами. Но Вооруженные силы живут в государстве и живут в обществе и быть независимым от общества и государства они просто не могут.

Беседу вел Антон Никитин