Сделать такой прогноз позволяет форсированное признание Косово со стороны США и ЕС. Создается опасный прецедент самоопределения по этническому принципу и формирования этнодемократии как государственного устройства, в том числе для территории бывшего СССР. Лидеры стран Запада могут сколько угодно говорить, что ситуация с Косово уникальна и не может быть паттерном для постсоветских непризнанных образований, джинн уже выпущен из бутылки. Отныне Косово станет определяющим фактором внутренней и внешней политики своеобразного СНГ-2, сообщества непризнанных государств Евразии.

В конце января - начале февраля 2006 года непризнанные государства евразийского пространства снова попали в центр внимания. Поспособствовало этому интенсивное обсуждение перспектив Косово в преддверии и во время заседания контактной группы по косовскому урегулированию в Лондоне. Фактическое самоопределение Косово, поощряемое ЕС и США, пробудило новые надежды на международное признание в Нагорном Карабахе, Абхазии, Южной Осетии и Приднестровье. В личных беседах с представителями карабахского МИДа и депутатами парламента НКР мне не раз доводилось слышать, что неучастие НКР в проекте СНГ-2 (т.е. интеграционных проектах и союзах с другими непризнанными образованиями на постсоветском пространстве) объясняется только одним: НКР хочет получить признание, не отягощенное «дурными связями» с силами, вызывающими «неоднозначную реакцию» на Западе. Отсюда и чрезмерная чувствительность карабахского истеблишмента к требованиям демократизации режима, и буквальное копирование косовского принципа «сначала демократические свободы, потом статус».

Несмотря на различные подходы ведущих международных игроков к ситуации в Косово, непризнанные образования постсоветского пространства внимательнейшим образом следят за всеми перипетиями в Приштине. Как заявил министр иностранных дел Абхазии Сергей Шамба, «если говорить о правовых, исторических основаниях наших притязаний на независимость, то они у нас сильнее, чем, скажем в Косово. Поэтому, если по отношению к Абхазии будет допущена несправедливость (т.е. ее независимость не будет признана мировым сообществом - С.М.), народ будет добиваться возвращения справедливости, народ будет добиваться независимости». По мнению лидера Демократической партии Армении Арама Саркисяна, «если международное сообщество признает Косово независимым субъектом, то нам будет совершенно непонятно, если оно же не признает юридически закрепленный факт независимости Нагорно-Карабахской Республики. Это будет проявлением двойных стандартов». Один из официальных идеологов ПМР Дмитрий Соин в беседе с корреспондентом ИА «REGNUM» так прокомментировал косовско-приднестровские параллели: «Решение косовского вопроса вышло на финишную прямую, и ни для кого не секрет, что готовится провозглашение практически независимого государства Косово. Косовская республика была создана в результате длительной гражданской войны и внешнего вмешательства, когда западное сообщество заставило Югославию уйти с этой территории. В итоге мы получили этнические и религиозные чистки, геноцид православных верующих… Изначально Приднестровье было создано по волеизъявлению населения, в республике сформировалась уникальная этническая общность - это приднестровский народ, у нас есть сложившиеся геополитические, этнокультурные, исторические ориентиры».

Страны СНГ-2 на постсоветском пространстве будут использовать казус Косово для легитимации собственной государственности на все 100%. Будет ли такое стремление поддержано в Брюсселе, Вашингтоне или в Москве, для них не имеет принципиального значения. Естественно, встает вопрос о политических ресурсах, которыми обладают непризнанные государства. Поддержка России - важное, но далеко не единственное условие, тем паче, что таковая присутствует далеко не всегда. Начиная с 1991 года Москва никогда не ставила под сомнение территориальную целостность Грузии, Молдовы и Азербайджана. В 1994-1995, 2004 гг. РФ по разным причинам объявляла блокаду Абхазии. В НКР фактически отсутствует российский бизнес, в 2005 году с днем республики это образование поздравило 40 конгрессменов США - ни одного российского парламентария в списке поздравлявших не оказалось. На Люблянском саммите 7 декабря 2005 года Россия фактически солидаризировалась с грузинским планом урегулирования в Южной Осетии. Главный ресурс непризнанных образований - это их легитимность у своих же «непризнанных граждан». Справедливо критикуемый мировым сообществом экстремизм властей НКР, ПМР, Абхазии или Южной Осетии опирается на массовую поддержку граждан этих формально не существующих государств. Данный фактор следует непременно учитывать при выдвижении миротворческих инициатив, направленных на разрешение споров между «виртуальными» и «законными» государствами.

Тем не менее, именно Россия сегодня заявляет об универсальности, как принципе разрешения проблем непризнанных образований. Насколько верен и самое главное адекватен данный тезис применительно к СНГ-2? На первый взгляд, универсализм представляется вполне логичным. Если Косово, равно как ранее Словения и Хорватия, признаются на основе принципа этнического самоопределения («права кроки»), то почему такого же права лишены армяне в НКР или абхазы и осетины? Однако на этом «логичность» и адекватность «универсалистского» подхода и завершается. Косово - это не просто этническое самоопределение и формирование этнократического государства. Речь идет об определенной модели урегулирования, принятой и защищаемой сильными мира сего - Европой и Штатами.

Модель Косово предполагает непременное возвращение беженцев (сербов, цыган) в места их прежнего проживания. Данное требование, кстати, поддерживает и Россия. Применима ли подобная модель ко всем государствам СНГ-2? Очевидно, что Абхазия и Нагорный Карабах (так рьяно поддерживающий «путь Косово») откажутся от следования такой «дорожной карте». Для Абхазии возвращение грузинских беженцев на всю территорию республики, а не только в Гальский район, без предварительных условий будет означать коренное изменение этнодемографической ситуации. Фактически абхазы снова, как и до войны 1992-1993 гг. превратятся в этническое меньшинство. Для НКР возвращение беженцев – это ликвидация «пояса безопасности» и появление вблизи своих границ и внутри своей территории около полумиллиона азербайджанцев. Для Южной Осетии косовская модель была бы более привлекательна, поскольку в грузино-осетинском конфликте в роли беженцев выступило более 40 тыс. этнических осетин из Южной Осетии и внутренних районов Грузии. Для Приднестровья проблема беженцев вовсе не актуальна - это единственная «горячая точка» во всем СНГ, где не было этнических чисток и беженцев.

Более того, универсализм этнического самоопределения может ударить рикошетом по самой России. Признание права этноса на выход из состава государства на основании «права крови» как главного мотива для пересмотра границ чревато «парадом суверениетов», от которого не удержит никакая «вертикаль власти». Признание универсальности этнонационального самоопределения поставит российское руководство в положение оправдывающегося перед «цивилизованным миром» за стремление к сохранению территориальной целостности. Таким образом, как и в случае с поддержкой движения «Хамас», не до конца продуманное заявление связывает высшую власть нашей страны определенными обязательствами и принципами, которые не всегда возможно соблюсти до конца. Вероятно, стремясь не допустить признания Косово куда более продуктивно было бы апеллировать к таким проблемным аспектам, как несостоятельность государственных институтов, весьма слабых в Косово, находящемся в плену клановой догосударственной системы, а также борьба с мировым терроризмом и наркотрафиком - и то, и другое в Косово – явления более чем реальные.

Отказавшись от универсализма, и наоборот, предложив соответствующие демократическим нормам критерии признания, Россия смогла бы обеспечить себе свободу рук и на Балканах, и в СНГ-2. Такими критериями могли бы стать наличие демократических процедур и состоятельность государственных институтов. Почему мы не признаем Косово? Потому, что там нет демократии, но сильны клановые институты, процветает наркоторговля и терроризм. Почему мы поддерживаем НКР? Потому, что там проведено несколько избирательных циклов, развиваются институты местного самоуправления, и.т.д. Зачем РФ поддержка Южной Осетии и Абхазии? Затем, что Тбилиси целенаправленно проводит политику дискриминации этнических меньшинств, не только абхазов и осетин, но также азербайджанцев и армян, курдов и ассирийцев, ликвидирует аджарскую автономию. Владение принятым на Западе политическим языком и диверсифицированная политика не позволили бы России попасть в ловушку универсализма, грозящую распространением пресловутого «права этноса» внутри своей страны.

Автор – заведующий отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа.