Чернобыльская АС 20 лет спустя. В каком состоянии находится объект сейчас, что ждет чернобыльскую зону и пострадавшие соседние регионы в ближайшие годы и в отдаленной перспективе? Насколько безопасны сегодня атомные объекты на территории России и бывшего СССР? Есть ли основания бояться повторения Чернобыля?

С этими вопросами Prognosis.Ru обратился к экспертам.

Александр Косариков, депутат Голсдумы, заместитель председателя Комитета по экологии, фракция «Единая Россия» :

- В настоящее время объект находится в экологическом состоянии, исключающем возможность проживания людей, животных и выращивания продуктов земледелия. Это зона, по жизненным показаниям напоминающая ту, которая описана в известном романе Стругацких «Пикник на обочине». Кстати, в район радиоактивного поражения тоже наведываются сталкеры. Период распада радиоактивных элементов в районе Чернобыля различен, и до полного очищения этого района еще пройдет немало десятилетий, возможно счет пойдет и на столетия. Люди, не пожелавшие покинуть родные места после катастрофы, обречены на вымирание. Наиболее наглядно радиоактивное загрязнение сказывается на животных, рождающихся с резко выраженной патологией. Последствия аварии на Четвертом блоке в попавших в зону заражения регионах выражены тем сильнее, чем ближе они находятся к эпицентру катастрофы.

Сегодня проходят экспериментальные исследования атомные реакторы на быстрых нейтронах. Это наиболее перспективный путь достижения безопасности АЭС, причем наиболее впечатляющих результатов в этой области достигли российские ученые. Кстати, депутаты Государственной Думы активно содействовали упомянутым исследованиям. Но кроме атомной энергии, кроме гидроэнергетики (потенциал наших рек как энергоисточников мы используем не больше, чем на 20%) надо переходить к низконапорной энергетике с минимальными экологическими издержками. Очень важным и традиционным для России является использование биомассы леса. Еще сто лет назад в энергетическом балансе России лес занимал 74%, а сейчас — 0,4%, что совершенно недостаточно. Я ни в коем случае не призываю вернуться к русским печкам с их низким КПД выделения тепла. Сегодня существуют технически совершенные генераторы, переводящие древесину в газ с тепловой отдачей не хуже, чем горелки на угле, их эффективность приближается к кпд газовых горелок. Такие горелки есть в Европе, есть и в России, но у нас их меньше. Это естественно, ведь, например, в Швеции очень внимательно относятся к лесу, постоянно восстанавливает его и использует прежде всего как экологически чистый источник энергии. Поэтому, как решительно заявил президент, нам надо не кругляк гнать за рубеж, а производить полнейшую переработку древесины, вплоть до превращения в энергоноситель. Это достаточно рентабельный процесс, позволяющий использовать даже стружки и опилки, многие бизнесмены готовы им заниматься. Руководитель нашей фракции Борис Владимирович Грызлов на Генсовете высказался за развитие этого направления. Что, кроме практической пользы, даст новые рабочие места и сократит болезненную (особенно для провинции) проблему безработицы.

Виктор Черепков, депутат Госдумы, член Комитета по безопасности, вне фракций:

- Самая главная проблема Чернобыля не только экологическая, но и человеческая. Чернобыльцы, в том числе ликвидаторы аварии, лишены сегодня элементарных льгот и возможностей для лечения. Усугубил их положение Закон о монетизации льгот. О тех, кто остался жить в районе Чернобыля: моя сестра — цветущая, жизнерадостная женщина, на двадцать лет моложе меня. Катастрофа застала ее в Борисове (Белоруссия), который подвергся сравнительно небольшому облучению. Вскоре сестра заболела раком и умерла. В зоне заражения нет никакой профилактики, сестру полтора года лечили от пневмонии, пока не обнаружили у нее злокачественную опухоль. Двести лет, пока не закончится естественный распад радиоактивных элементов, улучшения в зоне катастрофы не предвидится.

Чернобыль ничему не научил власть, особенно тот ее сектор, который занимается ядерной энергетикой. Самое опасное на сегодня в системе ядерных реакторов, это их уязвимость. Я специалист-атомщик по подводным лодкам и хорошо разбираюсь в проблеме. Есть так называемая аварийная система сброса. Это стержни, который в случае, если реактор идет вразнос, сбрасываются вниз, и реакция гасится. Но небольшой управляемый зарядик, который террорист поместит туда, где стержни входят в зацепление с двигателями, вызовет ядерную катастрофу. Эта проблема беспокоит не только нас, но и другие страны, использующие атомную энергию. Между тем уже разработаны, но у нас не внедряются современные системы, исключающие трагические последствия. Что может породить второй Чернобыль.

На территории России построены так называемые хранилища для радиоактивных отходов. Если в США все они под землей и в разных точках, то у нас умудрились построить эти очень опасные сооружения в шести метрах над землей. Отходы, находящиеся в иностранных контейнерах, которые мы не имеем права вскрывать даже для проверки их состояния, безопасны для любой страны, кроме России. На Дальнем Востоке сосредоточено большое количество снятых с эксплуатации атомных подлодок, с которых не сняты реакторы, и их охраняет матрос, причем не обязательно трезвый. Еще когда я был мэром Владивостока, японцы выделили крупные суммы денег (в переводе на рубли около тридцати миллиардов) на то, чтобы эти подлодки сделать безопасными. Центр затребовал эти деньги, заставив подписать договор, по которому мы выделим 80% полученной суммы. Разумеется, японцы на это не пошли. Считаю, что основания опасаться ядерных катастроф остаются.

Тельман Гдлян, президент Всероссийского фонда прогресса, зашиты прав человека и милосердия:

- Трагедия в Чернобыле охватила три бывших советских республики, не считая европейских стран. Украина, Белоруссия и Россия пострадали больше всего. Последствия катастрофы будут продолжаться, возможно, в течение сотен лет или пока не придумают эффективные технологии по нейтрализации продуктов распада. Тридцатикилометровая зона очень условна и охватывает лишь территорию, на которой категорически невозможно жить. Мучения пострадавших людей усугубляются недостаточной медицинской и социальной помощью, поэтому неудивительно, что чернобыльцы и в Киеве, и в Москве, и в других городах устраивают демонстрации возле правительственных зданий, чтобы обратить на свое бедственное положение высочайшее внимание. Но власти, похоже, не слишком озабочены их проблемами.

После чернобыльского взрыва, на атомных станциях подобного типа произошла модернизация, повысившая уровень их безопасности. Но кто может стопроцентно гарантировать, что какой-нибудь недобросовестный работник АЭС не нарушит инструкцию, строжайше расписывающую сложные операции по обслуживанию потенциально опасного объекта? Такой гарантии никто не даст не только в Украине или России, но и в других странах. Пока существуют ядерные технологии, в том или ином виде будет присутствовать риск при их эксплуатации. Та же Франция, где энергетические потребности на 80% обеспечиваются атомными электростанциями, является той зоной, где достаточно одной серьезной аварии, чтобы превзойти по последствиям чернобыльскую. Необходимо полностью обеспечивать материальные затраты ученых, работающих над снижением опасности при эксплуатации АЭС.