Статье повезло – хотя ее и обнаружили только восьмого ноября (сама публикация произошла двумя днями ранее). Повезло именно потому, что послепраздничная меланхолия читателей обеспечила ей правильный фон.
В сущности, внимания данный текст заслуживает исключительно как текущий пример графомании в жанре "Мысли о Родине" (в статье Юрьева, в частности, приводятся пять составляющих национальной идеи, отягченный сопутствующими мыслями о врагах и о том, как их правильно вычислить). Еще было интересно то, что автор, судя по всему, относится к числу "яблочников", при этом в тексте в качестве одного из определений врага присутствует абзац: "Те, кто жалеет о гусинском НТВ и кричит, что теперь диктатура, потому что ни по одному каналу нельзя посмотреть "наезды" и оскорбления России, - враг". Но это уж так, из частной жизни.
Вообще же, существенно не то, что там написано. И даже не то, с какой интенсивностью сейчас сочиняются и публикуются очередные национальные идеи и реестры врагов. Существенно, что в ЖЖ, например, на эту статью пошла волна реакций. День, конечно, был тяжелый но, тем не менее, не на все же вестись. Подобного рода тексты в здравом уме поводом для реакции быть не могут (не диспутируют же интеллектуалы, даже с тяжелого похмелья, со страницами, исписанными писательницей Устиновой). Мало того, вроде бы на данный опус намеревается публично ответить и некий перспективный политик, почти надежда либеральных сил.
Тренд, то есть, в том, что происходит понижение уровня: очевидно, что реакции – сколь угодно вдумчивые – на труд Михаила Юрьева не смогут быть глубже оригинала. Откуда и следует незаметное (потому что происходит совместными усилиями) опускание уровня того, что называется экспертизой, политологией и т.п. Даже не так: все, что связано с конкретными и реальными процессами, то есть все то, что допускает экспертизу и профессиональный анализ, выдавливается на обочину, а вот то, что считается политикой обходится уже фактически – без реальности, замещая эту потерю "Мыслями о Родине и Власти". Разумеется, в данном случае профессионализм вполне замещается некими гражданскими чувствами.
Смешно, но в результате действительно нарастает пресловутая мистичность власти, о необходимости которой говорят многие. В самом деле, получается так, что все, что касается власти, помещается в рассуждениях юрьевского типа. Сериал про одиночество Путина мало отличим от сериала про ВВ – пусть даже и цели авторов разнятся. По факту возникает оболочка воодушевленного идиотизма, окутывающего Некую Точку, которая у нас и есть Власть. Ее не видно, но Она точно где-то там, недоступная по факту жизни. Искомые сакральность и прочие мистические атрибуты власти возникают по ходу массового упрощения всего подряд, что, разумеется, обеспечивает вполне рыночные основания этого дела. О том, что политологи на ТВ работают шоуменами, отрефлексировано уже давно, не говоря уже о внедрении термина "infotainment ", в общем же случае – политика укореняется как отрасль шоу-бизнеса с точки зрения любых критиков.
То, что все рассуждения о некой власти (вне исполнения ею конкретных функций) ширятся и, находя отклик, становятся содержанием "новой политологии", весьма интересно и с технологической стороны. Образование такой завесы наилучшим образом скрывает реальные процессы. Полит-попса производит оболочку, забор, находясь за которым можно заниматься прагматикой управления в более комфортных условиях. Конечно, масскультовое описание власти - самой власти удобно. Не только для наведения отношений с массами, которые это любят, но и потому, что любая критика тут будет либо отраслевой (следовательно, фактически незаметной), либо - вынуждена вступать в диспут с попсой, по ходу дела превращаясь в нее же.
