Возможна ли в России успешная реализация китайской экономической модели? Не станет ли при этом неизбежным изменение политической системы? Готово ли психологически население России пойти по китайскому пути?

На вопросы Prognosis.Ru отвечают депутаты Государственной Думы.

Виктор Тюлькин, заместитель председателя Комитета по труду и социальной политике, фракция КПРФ:

- Теоретически китайская модель возможна, но не сегодня и не при нынешней власти. К тому же между нашими странами есть два существенных различия, которые необходимо уяснить, чтобы такой разговор стал предметным. Во-первых, в Китае, в отличие от России, действует правящая коммунистическая партия, которая осуществляет жесткое руководство всей экономикой. Во-вторых, при всей высокой динамике развития в Китае пока решается проблема выхода на уровень социально-экономического развития СССР начала 60-х годов. То есть в КНР еще сохраняются задачи накормить голодных, одеть неимущих, обеспечить другие первостепенные нужды населения. И все это на фоне громадного социального расслоения китайского общества, уже сегодня вызывающего десятки тысяч протестов. Они недавно обсуждались на специальном закрытом пленуме ЦК КПК.

То, что считается обычным в капиталистическом обществе - в социалистическом обществе неприемлемо. И наоборот при капитализме невозможна реализация социалистической модели развития. Готово ли население России пойти по китайскому экономическому пути? Я думаю, правильнее было бы ставить вопрос иначе: готовы ли россияне пойти по социалистическому пути развития? Психологически они, может быть, и приемлют такой путь, но деятельно взяться за переход к социализму не готовы. Ибо кроме объективных условий необходимы и субъективные, в том числе, наличие организованного авангарда, крупной левой партии с сильным влиянием, способной на соответствующий уровень борьбы. Всего этого у нас пока нет.

Анатолий Иванов, член Комитета по труду и социальной политике, фракция «Единая Россия»:

- Китайская модель могла быть возможна в России, пока не отменили шестую статью старой Конституции, упразднив руководящую и направляющую роль КПСС в жизни страны. Мы перешли к иной экономической и политической формации, и сейчас назад пути нет. Я жалею, что Россия не пошла по китайскому пути экономического развития. Те проблемы с экономикой, которые мы сейчас имеем, - следствие непродуманных реформ, у истоков которых стоял Михаил Горбачев. Заложенная им парадигма развития страны не позволяла пойти по китайскому варианту. Думаю, если бы на месте Горбачева оказался лидер с менталитетом Андропова и его интеллектуальным масштабом, была бы избрана китайская модель.

В нынешней китайской экономике есть что-то общее с советским НЭПом. Главным образом это государственное регулирование, когда все процессы развития страны – в том числе деятельность предпринимателей - находятся под полным государственным контролем. НЭП реализовал Ленин, в тот период его идеи социализма и коммунизма превалировали и были программными. В Китае произошло осознание того, что прежний путь развития был бесперспективен, а новый оказался успешным. И обратного пути быть не может, иначе произойдет крах государства.

Естественно, принятие Россией китайской экономической модели потребовало бы коренных идеологических и политических изменений. Капиталистический путь развития, избранный нами, несовместим с полностью подконтрольной государству экономикой. Образ мышления современных россиян (по крайней мере значительной их части) кардинально изменился. Тем не менее, успехи Китая, темпы его развития, обладают определенной привлекательностью для наших граждан, и многие из них предпочли бы, чтобы Россия пошла по китайскому пути экономического развития. Но это уже невозможно: мы слишком далеко уехали по капиталистическим рельсам.

Виктор Черепков, член Комитета по безопасности, вне фракций:

- Задача сегодняшней власти не переход к китайской модели экономического броска, а, в большинстве случаев, медленное и тихое растаскивание имущества страны, с использованием своих полномочий, чиновниками и их родственниками. И, поскольку у нас нет реального гражданского общества, повлиять на власть, чтобы она круто изменила ситуацию, невозможно. Естественно, переход на жестко контролируемую экономическую модель власти невыгоден. В первую очередь ответственность за все происходящее в нашем отечестве несет президент, от которого практически на сто процентов зависит курс страны, ибо с мнением народа никто не считается, а депутаты в большинстве утратили свою сущность и стали придатком власти. Однако президент не собирается использовать у нас положительные аспекты китайской модели. Вообще-то сама эта модель не китайская, а российская, появившаяся еще в 1981-1982 гг. Но у нас были другие перестроечные настроения и от нее отказались.

Переход на китайскую экономическую модель обязательно повлек бы за собой изменение политического курса. В российской экономике определяющую роль играет политическая составляющая. Законодательный баланс у нас нарушен, законы работают для одних и абсолютно не работают для власти, начиная с руководителей сельских поселений и кончая самой высокой государственной элитой. Второе условие обязательного изменения политики – отсутствующая в России обратная связь между обществом и руководством. Чем выше скорость автомобиля, тем надежнее должна работать тормозная система. Если же, развив скорость, мы не можем рассчитывать на тормоза, катастрофа неизбежна. Точно таким же образом, при усилении неограниченной власти любого чиновника, четче и безотказнее должна работать тормозная система общества, В Китае эта тормозная система, как и во многих других, в том числе не социалистических странах, надежно работает. Сегодня - министр, завтра – зек…

Население нашей страны пойти по китайскому пути развития готово, поскольку ищет варианты выживания. Люди в большинстве доведены до такого состояния, что готовы на всё, только не на то, что им сегодня предлагают.