Решить эту проблему г-н Онищенко предложил радикально: ввести в педагогических и медицинских вузах страны советскую систему распределения. Похожую идею высказал и уполномоченный по правам человека Владимир Лукин. А вице-премьер московского правительства Людмила Швецова пошла дальше всех – она сообщила, что столичные выпускники вузов будут заключать контракты и отрабатывать 3 года по специальности. Точно, как в СССР.
На недавнем совещании ректоров медицинских образовательных учреждений Геннадий Онищенко предложил ввести государственное распределение выпускников бюджетных факультетов медицинских и педагогических вузов. Идея такова – государство платит за обучение студентов, а потом они несколько лет должны отработать по специальности, возмещая тем самым нехватку рабочих рук.
Инициативу санитарного врача поддержал и уполномоченный по правам человека Владимир Лукин. В специальном докладе «Права человека и модернизация российского образования», представленном в начале этой недели, омбудсмен предлагает определить перечень вузов, которые будут получать государственный заказ. В них будет введена система льгот и кредитов и спонсорских средств для получения студентом образования. В остальных высших учебных заведениях обучение, по мысли Лукина, должно быть платным.
Насколько идея возвращения тотального распределения реальна, сказать пока трудно, но своеобразный плацдарм для ее реализации уже есть. В Москве уже полтора года идет эксперимент по распределению выпускников Московского городского педагогического университета. И на днях заместитель мэра московского правительства и глава комплекса социальной сферы Москвы Людмила Швецова заявила о продолжении этой практики. Она заявила, что столичные власти будут заключать со студентами, получающими профессии учителей и врачей, контракты, которые обязывают их отработать 3 года по специальности.
«Сейчас к МГПУ будут присоединены Московский городской психолого-педагогический университет и городской педагогический институт, – объяснил «НИ» глава пресс-службы департамента образования Москвы Александр Гаврилов. – Но мы никого из студентов пока не заставляем подписывать контракты силой. Мы работаем со школьниками, находим учеников, которые хотят стать педагогами и работать в школах, и предлагаем им контракты – бесплатное обучение в вузе с последующей отработкой по специальности. Выпускники могут найти себе работу в школе, либо мы им предоставим список вакансий. Если же они откажутся от отработки, то им придется выплатить стоимость обучения».
Подобный эксперимент проводит и департамент здравоохранения Москвы. В Российском государственном медицинском университете с 1998 года создан специальный, московский факультет, выпускающий врачей-педиатров и терапевтов. Со всеми поступившими на этот факультет заключается контракт, подразумевающий трехлетнюю отработку в поликлиниках Москвы. «Когда молодые люди поступают, мы заключаем трехсторонний контракт – между университетом, департаментом здравоохранения Москвы и учащимися, – рассказала «Новым Известиям» заместитель декана московского факультета Марина Блохина. – Студенты обязуются учиться, а после окончания учебы – отработать 3 года в поликлиниках. За их обучение платит департамент здравоохранения, он же предоставляет справки о вакантных местах в поликлиниках на должности участковых врачей, педиатров и терапевтов, а также вакансии в «скорую помощь». Студенты могут сами выбрать себе место для работы, могут даже договориться с поликлиникой около дома, главное, чтобы это было государственное заведение. Затем заключается еще один контракт – между выпускником, главным врачом поликлиники и департаментом здравоохранения. Если студент не захочет идти работать, то ему придется заплатить за свое обучение».
Как рассказала Марина Блохина, желающих поступить на московский факультет больше, чем количество мест, – 160 на дневное отделение и 40 на вечернее. Уже состоялось три распределения. «Как ни странно, но у нас практически все пошли работать в поликлиники, – говорит Марина Блохина. – Только несколько человек – в академическом отпуске или ухаживают за детьми».
Тем временем у поступивших на московский факультет студентов уже возникли сомнения по поводу своего выбора. Студенты утверждают, что с них спрашивают гораздо более серьезно, нежели с тех, кто учится на остальных факультетах. А старшекурсники говорят, что они не могут свободно сменить специализацию или перевестись в другой вуз.
Грозный призрак вероятного внедрения распределения уже вызвал беспокойство среди учащихся российских вузов. Перед ними тут же замаячили виды сельских школ и медпунктов. «Очень не хочется, чтобы нас после окончания вузов направляли куда подальше на маленькие зарплаты, – сообщил «Новым Известиям» студент одного из столичных педагогических вузов Илья Носов. – Я, например, учусь на историка, с этим образованием можно не только преподавать в школе. И я уже на старших курсах понял, что учить детей – не мое призвание. Если меня заставят преподавать, то не думаю, что из этого выйдет что-то хорошее». Студенты Российского медицинского университета также с настороженностью встретили известие о возможном тотальном распределении. «У нас в группе все к этому отрицательно отнеслись, – сообщила «НИ» студентка РГМУ Елена Макурина. – Вдруг пошлют куда-нибудь в область на низкую зарплату фельдшером или медсестрой. Но, с другой стороны, нам сейчас очень трудно самостоятельно найти работу по специальности. И если у нас будет гарантированная нормальная должность в больнице, то, может быть, мы и согласились бы на это».
Идея тотального распределения не вызвала энтузиазма и у представителей вузов. Помня, как трудно было раньше работать с выпускниками, которые пытаются всеми способами улизнуть от «обязаловки», преподаватели высказываются однозначно отрицательно. «Безусловно, система распределения в ее советском варианте никуда не годиться, – поделился с «НИ» проректор по учебной работе Московского городского педагогического университета Сергей Атанасян. – В ее основу положена система принуждения, да при этом еще и довольно варварского. Вспомните, как молодых московских специалистов оправляли в сельские школы на Алтай и в Сибирь. С какими трудностями было сопряжено возвращение в родной город. Какие махинации прокручивались, чтобы получить местечко в престижном заведении. Это же просто кошмар!»
Директора школ также не считают вероятным возврат в прошлое. «Не верится, что введут всеобщее распределение студентов, – считает директор гимназии № 45 Михаил Шнейдер. – Если выпускник не хочет работать в школе, то он этого делать не будет. Педагогика – это такая сфера деятельности, где против своего желания ничего не сделаешь. Дети ведь – не столярные станки. А с кадрами у нас и сейчас сильных проблем нет. У нас сейчас работают молодые педагоги, среди которых есть и выпускники нашей гимназии».
Идею реанимации советской модели поддерживают и в Федеральном агентстве по образованию. «В принципе, отмена распределения ударила по студентам. Да, с одной стороны, демократия, но с другой – у многих учащихся нет уверенности в завтрашнем дне. Поэтому мы ищем пути решения», – сообщил «НИ» источник в Министерстве образования и науки России.
Но желание возродить старую систему пугает не только студентов. «На мой взгляд, чиновники в очередной раз пошли не той дорогой, – убежден проректор по учебной работе Московского городского педагогического университета Сергей Атанасян. – Нужно не принудительно заполнять места в школах и больницах абы какими специалистами, а создавать такие условия, чтобы молодежь сама с радостью шла туда. Проблему нужно решать не силовыми методами, а экономическими. Увеличьте зарплату учителям и врачам, предоставьте им бесплатное жилье, и в поликлиниках, школах и детских садах будут выстраиваться очереди кандидатов, а работать там будут только высококвалифицированные специалисты».
Не рады новой-старой затее чиновников и в регионах. «Ни к чему хорошему эта инициатива не приведет, – уверила корреспондента «НИ» учитель истории одной из школ Волгограда Алина К. – Учителя и выживают как раз из-за того, что работают не на одну ставку. Если в школу придет молодой специалист и ему дадут отобранные у какого-нибудь учителя часы, то в скором времени школу покинут оба специалиста. Прожить самой и прокормить семью на одну ставку у нас просто нереально. Я считаю, надо не заставлять людей идти в школы, а ставки повышать. Тогда и сами специалисты туда ринутся».
«Новые Известия» 17.05.2006
