Американцы не любят проигрывать. Зато они умеют адаптироваться к ситуации и выворачиваться из самых безнадёжных положений (хороший пример для нашей элиты, не способной понять преимущества гибкой системы перед жесткой). Кто знает, может быть, на сей раз, США попробуют найти спасение у своих смертельных врагов - членов «оси зла» Сирии и Ирана.
Наезды Вашингтона на Дамаск и Тегеран становятся всё более жесткими. Сирия обвиняется в оккупации Ливана, Иран – в стремлении к разработке ядерного оружия. Многие эксперты уверены в том, что одна из этих стран станет вскоре жертвой новой «предвыборной» войны Буша. Однако США не имеют возможности такую войну вести. Почти все их наземные силы задействованы в Ираке и Афганистане. Использовать охваченную войной страну, каковой является Ирак, в качестве тыловой базы достаточно затруднительно, а больше атаковать ни Сирию, ни Иран неоткуда. Воздушные удары «a la Югославия» дадут обратный эффект, взорвав мусульманский мир по-настоящему. Достаточно сильные и, главное, многочисленные армии Сирии и Ирана могут в этом случае атаковать американские войска в Ираке, причём исход такой войны неочевиден.
Вполне вероятно, что перед американским командованием всерьёз встанет вопрос о применении тактического ядерного оружия, либо о немедленном бегстве. И то, и другое станет сокрушительным политическим поражением США, то есть иракская ситуация просто будет воспроизведена на более высоком уровне с ещё худшими для Америки последствиями. Вряд ли в Белом доме и Пентагоне этого не понимают.
Возможно, что поведение США просто копирует сегодня поведение одного из их главных врагов в Ираке – Муктады ас-Садра, который своим восстанием на самом деле набивал себе цену в торге с американцами и их местными союзниками за будущую власть в стране. Нельзя исключать, что и Вашингтон таким своеобразным способом приглашает Дамаск и Тегеран к торгу, поскольку больше его никто не спасёт. Сначала их запугают кнутом, а затем предложат пряник. Ирония судьбы в том, что главной целью американского вторжения в Ирак полтора года назад была не нефть, а создание плацдарма для дальнейших действий против Ирана и Сирии.
Остаться единым государством Ирак теперь, видимо, может только в том случае, если его возглавит даже не «Хусейн-2», а «бен Ладен-2» (или «–1»). Либо Ирак может стать государством формально единым, а реально контролируемым многочисленными местными полевыми командирами, подобно нынешнему Афганистану. Но даже это формальное единство может удерживаться только присутствием иностранных войск. Если таковых не станет, то либо Ирак объединиться под руководством «бен Ладена», т.е. жестокого диктатора с радикальными исламскими взглядами, либо получится Ливан 70-х (война всех со всеми), причём с постоянными выплесками вовне, не только на соседей, но и на весь мир.
США не скрывают, что хотят видеть в Ираке иностранные войска для замены изнемогающих своих. Проблема в том, что посылать их некому. Войска ООН – понятие абсолютно абстрактное, причём было таковым всегда. В такую же абстракцию превратились сегодня войска НАТО - европейцы не готовы не то, что оккупировать ближневосточную страну, но даже защищать самих себя.
Турция («особый» член НАТО) вполне могла бы заменить американцев, но здесь возникает неразрешимая курдская проблема. Арабская (или, шире, исламская) коалиция существует только в воображении некоторых экспертов. Большинство арабских (исламских) армий обладают крайне низкой боеспособностью, а большинство лидеров этих стран совершенно не готово быть подрядчиками Вашингтона в деле оккупации арабской страны.
Остаются, как ни странно, Сирия и Иран. Их армии – самые боеспособные в исламском мире (если не считать Пакистана, а также вышеупомянутой Турции). Проблема потерь (собственных и противника), крайне острая для США и совершенно невыносимая для европейских членов НАТО, для них не существует. Сегодня они чрезвычайно заинтересованы в том, чтобы янки были связаны в Ираке, поэтому почти открыто помогают иракским партизанам. При этом, однако, и Дамаск, и Тегеран крайне отрицательно относятся к исламским радикалам.
Сирия – alter ego хусейновского Ирака, в этих странах у власти даже находилась (в Сирии и сегодня находится) одна и та же партия – «Баас», она же Партия арабского социалистического возрождения, только Ираком руководило правое крыло этой партии, а Сирией – левое. То есть Сирия – такая же светская диктатура, какой был Ирак при Саддаме. Как для Хусейна, так и для семьи Асадов исламские радикалы - смертельные враги, причём нигде этих радикалов не подавляли так жестоко и беспощадно (танками и авиацией), как это было в Сирии в первой половине 80-х годов прошлого века.
Для Ирана нынешние радикалы, воюющие в Ираке против американцев, неприемлемы по другой причине. Иран – оплот шиитского ислама. Для ваххабитов, на идеологии которых базируется сегодняшний исламский экстремизм, шииты – это почти язычники, то есть существа ещё более опасные, чем христиане и евреи.
Что касается сторонников Саддама (вторая основная составляющая иракского сопротивления), то и они являются врагами как для Сирии, так и для Ирана. В период правления Хусейна Сирия и Ирак находились в состоянии холодной войны, а война между Ираком и Ираном была даже очень «горячей», одной из самых кровопролитных войн на Земле после 1945 года. Таким образом, у Дамаска, Тегерана и Вашингтона враги общие.
Сирия и Иран не будут простыми подрядчиками Америки, но они могут согласиться на прямой делёж Ирака. Сирия возьмёт западную часть страны, получив, таким образом, то, чем её обделил Аллах – нефть. Иран же станет объединителем шиитов, взяв под контроль южные районы страны, в т.ч. священные для шиитов Наджаф и Кербелу. Часть нынешних иракских партизан (как сторонников Саддама, так и исламистов) продолжат партизанскую войну против новых оккупантов, однако это уже будет проблемой Дамаска и Тегерана, а не Вашингтона. Кстати, нет особых сомнений, что сирийцы зачистят Фаллуджу от арабских «братьев» на порядок более жестоко, чем янки.
Остаётся, правда, проблема курдов. Им можно было бы предоставить полную независимость, но этого не стерпят ни Иран, ни Сирия, ни Турция. Поэтому может быть выбран вариант, при котором Ирак формально сохранится как государство, однако его существование будет проявляться только в виде флага перед зданием ООН и какого-нибудь шута в Багдаде, которого назовут президентом (впрочем, второе необязательно, можно обойтись только флагом).
В остальном будет повторён вариант Боснии, которая сегодня представляет собой полностью независимую сербскую часть и псевдоконфедерацию хорватов и мусульман. В случае с Ираком тоже сделают три части – сирийскую, иранскую и курдскую. Последняя, будучи реально независимой, будет формально считаться частью формально существующего Ирака, то есть не станет центром притяжения для курдов турецких, иранских и сирийских.
Америка уйдёт «на свободу с чистой совестью», замкнув своих врагов (Сирию, Иран, ваххабитов, саддамитов) друг на друга. Разумеется, это нельзя будет считать победой Вашингтона, но это будет наиболее приемлемым вариантом его поражения.
