В отличие от России, у украинской партии власти нет не то что конституционного, а даже устойчивого простого большинства в Верховной Раде. Для поддержки конституционной реформы сторонникам Леонида Кучмы необходимы голоса значительной части оппозиционных депутатов. В результате политического торга вместе с пропрезидентскими фракциями реформу решили поддержать коммунисты и социалисты. Платой за эту поддержку станет пропорциональный закон о выборах депутатов Верховной Рады Украины, в соответствие с которым все депутаты будут избираться по партийным спискам.
В первом чтении этот законопроект был принят Верховной Радой накануне 8 марта. Если в конечном итоге новый порядок формирования высшего представительного органа власти станет законом, расклад сил в украинском парламенте после следующих выборов изменится кардинально. Партия власти лишится основной своей опоры – депутатов-одномандатников. Ведь и в нынешнем парламенте Кучма может рассчитывать на поддержку почти двух третей депутатов, избранных в округах, и лишь на четверть «списочников». Вряд ли популярность приверженцев действующего президента заметно повысится в ближайшие два года. Таким образом, в случае утверждения нового порядка выборов Верховной Рады, нынешняя власть получит после выборов парламент, три четверти которого будут в оппозиции. С учетом повышения роли парламента, предусмотренного конституционной реформой, можно с большой вероятностью спрогнозировать смену власти.
Кто же составит парламентское большинство, которое, в случае успеха конституционной реформы, потребуется для создания правительства? Вряд ли оно сможет сложиться на основе коалиции сторонников нынешней конституционной реформы – левых и центристов. Ведь эта коалиция создавалась не с целью поиска компромиссного пути развития Украины, а лишь для решения конкретных политических задач, стоящих перед участниками коалиции. Для левых такой задачей является принятие пропорционального закона о выборах Верховной Рады, а центристы, опасаясь (вероятно, не совсем обоснованно) победы на предстоящих нынешней осенью президентских выборах Виктора Ющенко, стремятся не дать лидеру правых воспользоваться плодами гипотетической победы, урезав полномочия главы государства. Выработать общую программу деятельности кабинета министров такая коалиция не в состоянии. Слишком уж различаются позиции ее участников.
Гораздо более вероятной представляется создание право-центристской коалиции, куда кроме нынешних правых оппозиционеров вполне может войти и «младшие партнеры» в пропрезидентской «двойке» - Социал-демократическая партия (объединенная), и Социалистическая партия Александра Мороза. Если численность электората основных партий не претерпит кардинальных изменений в оставшееся до парламентских выборов время, то вхождения в право-центристскую коалицию одной из этих партий будет достаточно для формирования парламентского большинства. При этом очевидно, что ведущую роль в подобной коалиции будут играть не СДПУ(о) или СПУ, а правые.
Перспективу своего ухода понимают и «кучмисты». Чувствуй они свою силу, вряд ли стали бы настаивать на урезании полномочий президента, да еще платя за такое урезание высокую цену – соглашаясь на пропорциональный закон о выборах парламента. Фактически вся эта реформа способна лишь оттянуть неизбежное: перенести передачу власти с осени 2004 на весну 2006 года. И это в лучшем для сторонников Леонида Кучмы случае! Возможна ведь масса сценариев, при которых они лишатся власти раньше, в частности, досрочный роспуск Верховной Рады или «грузинский вариант», который нельзя исключить в случае фальсификации результатов президентских выборов в октябре.
Ожидаемый приход к власти правых, настроенных в большинстве своем национал-демократически, отнюдь не будет означать катастрофы в российско-украинских отношениях, хотя бы потому, что национал-демократичность у правых ющенковского толка весьма умеренная, а более радикально настроенные политики вряд ли имеют серьезные шансы на завоевание власти на Украине. Еще более важным позитивным фактором представляется прагматичность новых лидеров. Они будут сотрудничать с Россией исходя из национальных интересов Украины, а не благодаря ностальгическим воспоминаниям о сладком времени совместной на номенклатурных должностях. В российско-украинском сотрудничестве будет меньше эмоций и больше прагматизма.
Конечно, в России такая перспектива вряд ли порадует тех, кто по-прежнему считает, что Украина – это Россия. Прагматично настроенных российских политиков приход к власти прагматиков на Украине должен вполне устроить.
