Помните, у Ильфа и Петрова: о чём бы ни собрались публично говорить ответственные товарищи, всё у них получалось о международном положении. Похоже, с докладом Национального разведывательного совета США «Мир 2020 – Контуры мирового будущего» та же история. От НРС и таких персонажей как Барри Хьюз, Майкл Оппенгеймер, Джеффри Хербст ожидаешь хоть толики оригинального. Но её нет. Как тут не вспомнить недавнюю лекцию Эммануила Валлерстайна в Москве: отличная дикция, добротная энергетика и…поп-лекция для второкурсников.

Вячеслав Глазычев – известный культуролог и директор издательства «Европа», выпустившего в свет доклад НРС, определяет его как «умеренно любопытный документ».

«Особенно впечатляет главка «методология»! – говорит г-н Глазычев, - Куча солидного народа! Череда международных конференций!! Группа управления сценариями!!! Интерактивный веб-сайт... Трудолюбиво потрачено достаточно денег, чтобы и Госдепартамент и Конгресс США сочли работу солидной».

Готовя доклад к изданию в России, учёный ознакомился с материалами конференций, предварявших его написание. И сделал вывод: хотя все встречи (за исключением узких совещаний «силовиков»), и имели статус международных, на самом деле были настолько американскими, насколько это мыслимо. И подбор участников, и выбор мест - более чем красноречивы. Семинар по Латинской Америке - в Сантьяго, по Африке – в Йоханнесбурге, по России и Евразии – в Будапеште, по Азии – в Сингапуре… Похоже, Группе управления сценариями иные логики подготовки доклада были не интересны. Почему бы не провести семинар по Латинской Америке, скажем - в Каракасе? По Африке, например - в Луанде? А по Евразии – в Екатеринбурге? Да потому, что это не уложилось бы в стереотипный шаблон.

«Эта история, - говорит Вячеслав Глазычев, - напомнила мне давний персональный опыт. В 91-ом году я провел три месяца в Японии, не общаясь с экспертами, не анализируя прессу, а лишь бродя по улицам, разъезжая в метро и в электричках, проживая в гостинице для местных, и мне стало ясно: страна впадет в стагнацию, если не в погружение духа.

А западные журналы писали о японском чуде…

Но с работы ехали уныло-подпитые труженики (никогда раньше или позже не видел целую электричку в одном градусе). Старикам не уступали место. Колористическая безвкусица одежды утратила связь с тем, что можно было видеть в музеях. Экскурсии школьников занимались фотографированием друг друга «на фоне». Взрослые, усевшись на терраске перед садом камней Рюандзи, узнавали через прижатые к уху магнитофоны, чем следует проникнуться. Ну, а вводный зал Музея Океана до боли напоминал фойе перед актовым залом Самаркандского обкома…».

Вскоре Япония вступила в эру затяжного застоя и депрессии.

Вячеслав Леонидович знает: «История нас научила, что если уметь смотреть, то большинство трендов просматривается на десять лет вперёд через любую мелочь, играющую роль обломка голограммы. Но при этом ряд важнейших событий не умеет предвидеть никто, сколько денег/времени ни потрать на обсуждения».

Действительно, попытка заглянуть на двадцать лет вперёд – это и вправду, нечто из практик экстрасенсов и гадалок. Так что авторы доклада разумно выбрали неканонические пятнадцать лет, ведь ещё никто не привык исчислять историческое время в пятнадцатилетиях...

При этом, при обсуждении России, никто не озаботился суждениями людей из России. Как и, обсуждая Китай и Индию, не слишком заботились о мнении китайцев и индийцев. При рассмотрении (в Англии для разнообразия) такой и впрямь важной темы, как мусульмане в Европе, никто не поинтересовался мнением этих самых евромусульман.

Такой подход очень характерен для американцев, много утерявших из английской колониальной культуры, ничего, кажется, не приобретя взамен, и в любой точке мира появляющихся с готовым саквояжем методик, ни на минуту не сомневаясь в их применимости.

Тем не менее, г-н Глазычев подчёркивает, что доклад не лишен интереса – «по крайней мере, в интонационном ключе. Трудно сказать, является ли это следствием его перегруженности «методологией», или произошло нечто невиданное, но ведущей нотой всего текста оказалась неуверенность. То ли в Китае начнутся качественные изменения, то ли нет. То ли Европа сблизится с США, то ли не сблизится. То ли Индия догонит Китай по темпу роста экономики, то отстанет. То ли антиамериканизм реален, то ли просто пустяк».

Действительно, стоило ли собирать два десятка конференций, чтобы придти к этому типу суждений? И в чём же не сомневаются авторы доклада?

В том, что мировой терроризм есть главная угроза. Что Россия сползает к тоталитаризму и неоимперской политике. Что новейшие технологии изменят ситуацию в Африке. Что многие отвергают глобализацию. Право, лишний повод убедиться, что экспертное сообщество, взятое в совокупности, в большей степени опирается в своих как бы независимых суждениях на статьи публицистов, чем принято думать. И чем они само считает.

Небезынтересно, что в самый разгар подготовки к принятию евроконституции, авторы доклада даже не упомянули ни саму эту конституцию, ни её по-своему великий проект постдемократического обустройства Европы, оканчивающейся у западной границы России. Самая крупная попытка транснациональной элиты навязать странам с тысячелетней историей отказ от суверенитета и её последствия вообще не показались экспертам НРС заслуживающими внимания.

«Но, - указывает г-н Глазычев, - за рамками осмысления остались и другие социальные факторы первостепенной важности, будучи замещены уверенностью в росте значения этнических и религиозных сообществ. А ведь столкновение профсоюзов, привычно прописанных в национальных границах (и именно в этом качестве способных на сотрудничество между собой) с транснациональной бюрократией может стать важнейшим звеном европейской сцены уже в ближайшее время.

Антиглобализм авторы доклада приписали одним латиноамериканцам, что, по меньшей мере, странно. Жесточайший кризис университетской системы, превратившейся в производство дипломов под воздействием американской модели, которую старушка Джейн Джекобс (в 1962 году ставшая знаменитостью после издания книги «Жизни и смерти крупных американских городов») удачно назвала почти по-русски – «остепенением»!..»

Что это, как не «американская жизнь взаймы», иллюзорность капитализации, при которой мнимые ценности важнее ценностей предметных?

Перечислять, чему не нашлось места в докладе, можно долго, а то, что в нём есть, - считает г-н Глазычев, - демонстрирует редкостную нищету воображения.

И неясно, то ли это эффект взаимогашения при попытках достичь консенсуса там, где он невозможен (как он невозможен в вопросе о причинах глобального потепления), то ли правила игры исходно блокировали возможность заявления позиций, не совпадающих с установками заказчика. Того самого, напомним, который играл в ясность в Югославии и в Ираке, и готов продолжать ту же игру в других местах.

Автор - главный редактор журнала Со-Общение